Айла. Ее имя было шепотом в моей голове, и я сжал челюсть, стиснув зубы.

«Каждый день в одно и то же время Лейла ходила в кофейню. Я смотрел, как она переходила улицу. Я смотрел, пока не мог больше оставаться в стороне. Ей было так грустно. Она была так сломлена, - продолжил Исаак. Он перестал ходить. Его глаза теперь были прикованы к стене. Он потерялся в своих воспоминаниях.

«Но она никогда не была одна. На руках у нее всегда был ребенок. Я видел ее улыбку только тогда, когда она играла с маленьким свертком. Я подошел к ним, отчаянно пытаясь узнать сломленную женщину перед собой».

Я знал, к чему все идет, но Исаака не останавливал. Итак, он продолжал говорить. И при этом его слова ранили мое и без того хрупкое сердце.

«Ребенка звали Айла. Айла Абандонато. Она была самым милым малышом. Когда я встретил ее, ей было всего три месяца». Голос Исаака слегка прервался над именем Айлы.

Мои глаза закрылись, когда я рухнул на диван.

«Мы с Лейлой узнавали друг друга, но она не знала, кто я. Не мое настоящее имя. Мы ... у нас завязался роман. Это было запрещено, и мы оба это знали. Но это нас не остановило. Это длилось несколько месяцев. Я смотрел, как растет Айла. Она сделала свой первый шаг передо мной, и этот шаг был ко мне».

Я слышал, как Виктор выругался, и Исаак замолчал. Комната внезапно наполнилась тишиной, и тишина была удушающей.

«Что произошло?» - спросил я резким голосом в тишине комнаты.

Исаак глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. «Лейла была в ярости, когда узнала обо мне правду, но она поняла, почему я это сделал. Той ночью мы спланировали ее побег. Это был единственный способ защитить ее и Айлу. Но я опоздал».

«Лейла погибла в огне», - сказал я.

«Нет, - внезапно прорычал Исаак. «Она не погибла в огне.»

Моя голова резко повернулась к нему, когда он повернулся ко мне лицом. «Я слышал, как она умерла. Я слышал ее крики, когда Альфредо убивал ее. Застрелил ее. Этот ублюдок позвонил мне и заставил меня слушать. Три выстрела, а затем наступила тишина».

Покачивая головой, он провел рукой по лицу, его тело дрожало. С гневом. И глубокой печалью.

«Лейла умерла, и я ничего не мог сделать. Но я знал, что должен добраться до Айлы. Я пообещал Лейле, что Айла не будет жить так, как она. Айла была бы свободной и счастливой. Я поклялся защитить ее и вытащить из этого ада». Исаак оборвал разговор резким, бесстрастным смехом.

Он покачал головой, все еще смеясь. «Я опоздал. В очередной раз. Айла…

«… умерла в огне», - закончил я.

Все знали эту историю. Половина поместья Альфредо загорелась. Было отнято столько жизней, в том числе его жены и дочери. Такова была история, но явно не правдивой.

«Айле был всего год. Я сначала не поверил. Но я видел ее гроб. Он был таким маленьким. Она была такой маленькой. Она выглядела такой хрупкой, когда ее бросили на землю рядом с матерью, - голос Исаака теперь звучал просто шепотом.

Я знал Исаака много лет, но никогда не видел его таким сломленным. Я потер шею сзади, пытаясь снять там напряжение.

Теперь все обрело смысл. Почему у нас не было никакой информации об Айле… независимо от того, насколько интенсивными были наши исследования. Почему я ни на минуту не подумал, что Айла могла быть Абандонато.

Она была призраком. Альфредо позаботился об этом.

«Этот гребаный ублюдок, - прошипел Исаак, его глаза внезапно загорелись. «Он знал. Он, черт возьми, знал, что я иду за Айлой. Может, в ней не было моей крови, но я любил ее как свою.»

«Он заставил нас поверить, что Айла умерла. Это был единственный способ удержать Исаака подальше. Все эти годы мы думали, что она умерла». Лев наконец заговорил снова, когда стало ясно, что Исаак больше ничего не может сказать.

Несколько секунд стояла тишина, пока Исаак не взорвался. Он протянул руку и схватил меня, почти обезумев от своих действий.

«Ты должен найти ее. Пожалуйста, Алессио. Она там не выживет. Не снова. Мы должны спасти ее. Мы должны ее найти. Она ... она ... ты ... - умолял меня Исаак, его дыхание прерывалось.

В груди стало так тесно, что дышать было почти невозможно. И гнев вцепился в мое тело, насмехаясь, вызывая дрожь, моля об освобождении.

Мои кулаки дрожали, и Исаак отступил, когда я не ответил ему.

Это был замкнутый круг. Боль, страдание и гнев. Он омрачал нас, пока мы не ослепли. Но через все это был только один свет.

Айла.

Встав, я подошел к большому окну. Лев стоял рядом со мной, где он был на протяжении всего противостояния.

А потом рядом со мной оказался Виктор. Исаак на стороне Льва. Николай рядом с Виктором. Феникс рядом с Николаем и Артур рядом с Фениксом.

Братство.