«Хорошо», пробормотала я, мой голос дрожал.

Я прошла мимо Николая и Виктора и поднялась наверх. Крошечные волоски на моей шее поднялись, когда я почувствовала их взгляды за спиной, но я не поднимала взгляд, намеренно избегая их.

С каждым шагом, который я делала к кабинету Алессио, мое сердце почти болезненно билось в моей груди. Мои руки похолодели, и струйка пота потекла по моей шее и между лопатками.

Остановившись перед дверью, я глубоко вздохнула и подняла руку. Как только мой кулак постучал в дверь, раздался голос Алессио.

«Войдите.»

Я вошла внутрь и увидела, что он отвернулся от меня. На нем была только черная рубашка и черные брюки. Я прочистила горло, и он быстро обернулся, его глаза расширились при виде меня.

Я вздохнула с облегчением, когда заметила, что он принял душ. На нем была чистая рубашка, а волосы казались влажными. Лицо он тоже отмыл от крови.

Я также заметила, что он изо всех сил пытался снова забинтовать свои руки.

«Я принесла ваш завтрак», - сказала я удивленно, не запинаясь. Он молча смотрел на меня, его лицо было бесстрастным, а затем он кивнул в сторону кофейного столика.

Я поставила поднос, прежде чем выпрямиться и повернуться, чтобы посмотреть на Алессио. Мы смотрели друг на друга секунду, прежде чем я уставилась на его руки.

Я ближе подошла и снова прочистила горло, прежде чем нервно спросила: «Хочешь, чтобы я снова их перевязала?»

Он ясно дал понять, что раньше не хотел моей помощи, но не было ничего плохого в том, чтобы предложить помощь снова. Правильно? Это был его выбор - принять это или нет.

Алессио посмотрел на свои руки и покачал головой. «Нет. Все нормально. Я сделаю это сам.»

«Ты уверен?»

«Да», - ответил он бодро. Он попытался обернуть повязки вокруг своих рук, и я оставалась неподвижно стоять, наблюдая, как он борется с этим.

Это был кошмар. Не думая о последствиях, я подошла к нему и взяла его руки в свои. Алессио напрягся, и я почувствовала его дыхание на лбу. Наклонив голову, я начала наматывать повязки на его руки.

Он стоял совершенно неподвижно, его мышцы едва двигались. Его дыхание было слегка неустойчивым. Мое сердце стучало в груди, и мой желудок нервно скручивался, когда я была так близко к нему.

Когда я закончила, я отступила назад и слабо улыбнулась. «Готово», прошептала я, когда наши глаза встретились.

Алессио не ответил. Я не ожидала этого. Еще раз улыбнувшись, я обернулась и начала уходить. Когда я приблизилась к двери, его голос остановил меня.

«Подожди», потребовал он.

Я остановилась. Когда я услышала его вздох, я решила встретиться с ним лицом к лицу. Обернувшись, я увидела, как он провел рукой по волосам. Он посмотрел вниз и прислонился к своему столу, скрестив лодыжки.

«Об этом утре», - начал Алессио, оглядываясь назад. «Я не должен был кричать. Это была ошибка.»

Он выглядел немного некомфортно. Несмотря на то, что его слова были приятными, его лицо все еще было твердым и холодным. Но мне было все равно. Это были слова, которые имели значение. Это было не извинение, но для меня этого было достаточно.

Это было все, что мне нужно было услышать.

Мое сердце трепетало от того, что он сказал, и я снова улыбнулась. «Хорошо», - ответила я.

Алессио кивнул, и, если я не ошибаюсь, он смотрел с облегчением.

Мэдди была права. Он чувствовал себя виноватым. Но я была рада, что мое согласие сняло с него это бремя.

Когда комната снова наполнилась тишиной, я приняла это как сигнал к уходу. Но Алессио снова заговорил. Его слова забрали мое дыхание, моя рука поднялась к груди.

«Ты можешь продолжать играть на пианино, если хочешь».

Я смотрела на него в замешательстве, когда мое сердце стало дико колотиться. Мне пришлось сдвинуть колени, чтобы не упасть на пол.

Надежда расцвела во мне от его слов, и все, что я хотела сделать, это плакать.

«Я могу играть?»

Алессио кивнул, и выражение его лица сменилось легким смущением. «Это мой способ загладить вину», - ответил он.

Как он мог быть милым и нежным, но бессердечным и жестоким в то же время?

Его слова означали одно, а его действия говорили совсем другое.

Я боялась надеяться ... только потому, что он мог изменить свое мнение в мгновение ока, и это сокрушило бы меня. Но я не могла сдержать чувство счастья, которое пробежало по моему телу.

«Спасибо», - сказала я, мой голос наполнился эмоциями и благодарностью, когда слезы ослепили мое зрение.

Он снова кивнул, ничего не сказав. Он, казалось, сглотнул почти нервно.

Через несколько секунд, пока он избегал смотреть мне в глаза, а я посмотрела на него сквозь слезы, и решила, что мне пора уходить.