Я кивнула мужчине и улыбнулась. Ему, должно быть, было около пятидесяти. Его лысая голова блестела, а на одежде не было ни единой не ровной ткани. Его ботинки были начищены, и он стоял прямо, без лишних слов забрав у меня небольшой чемодан.

Ну что ж.

Я последовала за ним внутрь, осматривая все вокруг. Дом был огромным и безупречно чистым. Признаться, мне нравился современный, но в то же время старинный вид особняка. Здесь не чувствовалось домашнего уюта, но и не было холодно.

— Где моя мать?

Дворецкий — Джордж — поднялся по лестнице, и я последовала за ним.

— Она ушла пить чай с подругами, как всегда по субботам.

Я чуть не расхохоталась. Конечно, моя мама с подругами. Я не видела маму четыре года, но она не смогла пропустить даже одно чаепитие, чтобы быть дома к моему приезду.

Мы остановились перед закрытой дверью, которая, как я поняла, была моей комнатой.

— А Дункан? — осторожно спросила я.

— Мистер Кинг, ваш отчим, уехал на деловую встречу. Он вернется домой к обеду.

Я насмешливо хмыкнула. Отчим. Уф.

Джордж открыл дверь, и мои глаза расширились, когда я шагнула внутрь. Комната выглядела как копия моей старой комнаты — той, которую я покинула почти пять лет назад.

"Комната, подходящая для принцессы", — сказал бы мой отец с любящей улыбкой.

— Как? — потрясенно вздохнула я.

— Мистер Кинг хотел, чтобы вы чувствовали себя комфортно и как дома, — ответил Джордж, не упуская ни секунды.

Все было по-прежнему, вплоть до фиолетового пледа и плаката "Белоснежка и семь гномов" на стене рядом с комодом.

— Это мило с его стороны.

— Ваша мама тоже одобрила.

Эта комната предназначалась для младшей версии меня. Сейчас мне было семнадцать, через две недели исполнится восемнадцать, и я стану взрослой. Эта комната уже не была моей, но она все равно вызывала ностальгию. Эмоциональная, если не сказать больше. Она напоминала мне о прошлом, о моем отце… и обо всех хороших воспоминаниях.

Но это было и горькое напоминание о том, что я потеряла…

— Я могу подать вам обед в вашу комнату, если вы предпочитаете это. Ужин в семь, и ваша мать, и мистер Кинг к этому времени будут дома.

Джордж ушел, не успела я и глазом моргнуть, оставив меня одну в комнате, наполненной воспоминаниями о моем прошлом. Я села на кровать, слегка подпрыгнув на мягком матрасе.

Должно быть, я заснула, сама того не замечая. Потому что в следующий раз, когда я открыла глаза, я свернулась калачиком посреди кровати, дрейфуя между миром бодрствования и бессознательного состояния. Я медленно потянулась, мои мышцы протестовали. Однако это был хороший сон. Теперь я чувствовала себя намного лучше.

Перевернувшись в постели, я повернулась к окну и задохнулась. Сердце заколотилось в груди, и я попыталась сесть, прижимая к груди фиолетовое одеяло — как будто оно могло уберечь меня.

Шторы были закрыты и тяжелы, не пропускали солнечный свет, погружая комнату в темноту. Из щели в шторах пробивался слабый свет. Достаточно, чтобы я смогла разглядеть тень человека.

— Кто…

Тень отодвинулась от окна, сделав еще один шаг к моей кровати.

Сноу

— Кто ты? И почему ты в моей комнате? — огрызнулась я.

— Привет, Сноу, — сказала тень, совершенно не обеспокоенная моей вспышкой. У его голоса был грубый тембр, как будто он был непривычным. Для моих ушей он звучал грубовато.

Мои легкие расширились и ударились о грудную клетку. Страх прошелся по позвоночнику, и я медленно попятилась назад.

— ДЖОРДЖ!

Мужчина покачал головой.

— Он не сможет тебя услышать. Комната звуконепроницаема.

— Я…

ЧТО?

Я судорожно оглядела комнату, пытаясь найти оружие. Он был незваным гостем? Кто-то, кто здесь работал? Если так, то это было нехорошо!

— Убирайся, — зашипела я.

Он усмехнулся.

— Это мой дом, Сноу.

— Если ты думаешь, что можешь… — Я сделала паузу, когда его слова наконец-то дошли до моего заторможенного мозга. — Подожди, что?

Он отдернул одну из штор, впустив в комнату свет. Тень больше не была тенью. Мужчина появился в поле зрения, сначала его тело… а затем лицо.

Первое, что я заметила, это то, что… он был огромным. Он был в два раза выше меня, моего роста и веса. У него были широкие плечи, черные джинсы, в которые он был одет, обтягивали толстые бедра, а материал черной рубашки обтягивал его мышцы, как вторая кожа.

С тех пор как я поступила в школу-интернат для девочек, у меня не было ни одного контакта с мужчинами. Мужчины вообще оставались для меня загадкой. А этот? Он был совсем не таким, каким я представляла себе мужчину.