Вот только услышав, что это сказал кто-то другой, мой внутренний ревнивый козел тут же взбесился, призывая врезать сопернику по лицу. Возможно, эта реакция возникла потому, что я все еще чувствовал ее дыхание на своем плече, пульсирующую жаром киску на своих губах и стоны, скользящие по моей коже. Неважно. Главное, что я поддался и тут же прижал Мэтта к деревянной стене, сверля его убийственным взглядом.

– Знаешь что, Мэтт? В следующий раз, когда захочешь что-то сказать о Рози ЛеБлан, убедись, что меня нет поблизости. Потому что я тут же надеру тебе задницу и позабочусь, чтобы ты больше никогда не мог на нее взглянуть. Кстати, она все еще красивее любой женщины, которая когда-либо прикасалась к тебе. И ты просто гениальный ублюдок, потому что она действительно однажды станет моей женой. Счастливо оставаться.

Рози

Что помогает тебе почувствовать себя живой?

Сожаление. Потому что это чувство напоминает, что жизнь не так проста. Иногда она сложна. А иногда легче легкого.

Дорогая избирательная амнезия, ты нужна мне как никогда.

Твоя безнадежная идиотка.

Я сидела на кровати в своем виброжилете, сверлила взглядом стену, увешанную плакатами, и болтала ногами в воздухе, пока в голове прокручивалась каждая секунда прошлой ночи.

Глупая, глупая, глупая.

Полная идиотка. Только не Дин. Дин, который с радостью взял то, что я предложила ему в пьяном угаре. Боже, да он выступал голосом разума (никогда не думала, что произнесу это даже мысленно) и несколько раз спросил меня, не слишком ли я пьяна. Дин, который оказался достаточно мил, чтобы укутать меня в одеяло.

Да, видимо, дела шли совсем ужасно, потому что мистер Кобель стал моим рыцарем в сияющем костюме от бренда Brooks Brothers.

Но я собиралась все списать на минутную слабость и убедиться, что это больше никогда не повторится. Так что сегодня вечером планировала вести себя как пай-девочка на репетиционном ужине. У Милли была лишь одна подружка невесты – да-да, именно я, – и мне не хотелось все испортить. Ведь она столько всего для меня сделала.

Поэтому я решила притвориться, что мы с Дином никогда не занимались сексом. И что секс оказался не самым лучшим в моей жизни – такой грязный и горячий, вознесший меня на совершенно иной уровень наслаждения. Ведь если в лесу падает дерево и это никто не слышит, то где гарантия, что треск все равно разносится по лесу?

Иными словами, то, чего Милли не знала, не могло причинить ей вред. А я собиралась держать язык за зубами. И Дин тоже.

Стук в дверь вынудил поставить на паузу сцену, в которой Дин прижимает меня к своему горячему языку и кусает за клитор. «Сцена, которая не происходила», – напомнила себе я. А затем уселась на постели и пригладила волосы.

– Открыто.

В комнату вошла Милли с подносом, заполненным вкусностями. На ее лице виднелась извиняющаяся улыбка. Наверное, из-за прошлого вечера. Улыбнувшись в ответ, я потянулась к тумбочке у кровати и выдвинула ее поближе к нам.

– Я принесла тебе завтрак, – объявила сестра.

– Скорее уж десерт, – поправила я.

В увлечении музыкой имелись свои преимущества. Милли, как и мне, нравился панк-рок и альтернативная музыка, но, в отличие от меня, у нее никогда не хватало времени выискивать маленькие, перспективные инди-группы, которые только пробивались на сцену. А вот я этим попросту жила. Специально выискивала и вылавливала их. Поэтому у меня всегда имелась при себе парочка демозаписей, которые я давала послушать сестре при каждой нашей встрече.

Достав флешку в виде фигурки Битлджуса, я помахала ей перед лицом Милли.

– Жду не дождусь, когда ты услышишь голос Зака Вэйда. – Я ухмыльнулась. – Он непревзойденно умеет играть на гитаре и струнах твоих гормонов.

Она поставила поднос с блинами, клиновым сиропом и свежезаваренным кофе на тумбочку и пробормотала:

– Мои гормоны играют просто отлично.

А затем прикусила губу. Внимательно посмотрев на нее, я заметила, что ее глаза покраснели, а фиолетовые волосы растрепаны.

– Сестренка, ты в порядке?

Я встала на ноги и обняла ее, принимая на себя часть ее веса. Виброжилет все еще обхватывал мою грудь, поэтому нас разделяло просто огромное пространство, но никто из нас не обращал на это внимание. И Милли обмякла в моих руках. Лучше бы в ее состоянии оказался виноват не Вишес. Хотя, стоило отдать ему должное. С тех пор как они сошлись, он вел себя с сестрой просто идеально. Жаль, что для всех остальных он продолжал оставаться козлом.

– Я в порядке! – Она отмахнулась от вопроса и выпрямилась. – Наверное, все дело в нервах или просто что-то не то съела. Вишес отвезет меня к врачу на обследование. Просто уже десять, а ты еще не выходила из комнаты. Так что я зашла посмотреть, все ли у тебя хорошо.

Я бы точно не сказала, что у меня все хорошо. Скорее все наоборот. Просто я предавалась фантазиям о твоем бывшем парне и уже собиралась засунуть руку себе в трусики.

– Прости за беспокойство. – Я вновь притянула ее в объятия и опустила подбородок ей на плечо. – Просто решила насладиться этим небольшим отпуском. Обычно я открываю кофейню в полседьмого и не ложусь спать раньше десяти или одиннадцати.