— Приручить тебя — все равно что пасти стадо с шестью упаковками Bud Light, — объяснил Кристиан, используя неудачную аналогию. — Ни одна женщина в здравом уме не выйдет за тебя замуж. Подожди. — Его лицо омрачилось. — Она в здравом уме, да? Она совершеннолетняя, полностью созревшая и не живет в закрытой психиатрической клинике? Законы штата Нью-Йорк довольно строги на этот счет.

Весело улыбаясь, я покопался в передних карманах и достал два средних пальца, выставив их в сторону Кристиана.

— Заметь, ты не ответил на мой вопрос. — Сквозь его прищур я видел, что он уже подсчитывает залог, который они внесут за мою задницу, если меня арестуют.

— Хотя, конечно, у меня не так много опыта в отношениях, мое остепенение не более возмутительно, чем то, что вы двое поженились. — Я содрал наклейку с барной стойки, тихо, но основательно разозлившись. — Если уж на то пошло, я никогда не был грубым или жестоким со своими партнерами. — Я устремил на Кристиана пристальный взгляд. — И я никогда ни над кем не издевался. — Мой взгляд переместился на Арсена. — Я всегда стараюсь прощаться с минимальным ущербом. По сравнению с вами обоими я просто нежная душа.

— Нежная душа, которая хранит банки со своим пердежом в бруклинской кладовке с тех пор, как мы учились в девятом классе. — Кристиан поднял свой новый стакан с виски в жесте, напоминающем микрофон.

— Когда-нибудь они будут стоить целое состояние. — Я нахмурился. — Как ты думаешь, когда будущим ученым понадобится что-то узнать о диете двадцать первого века, к кому они обратятся?

— Хороший вопрос. — Арсен сделал вид, что размышляет над этим. — О нашем поколении почти ничего не известно. Я бы хотел, чтобы они уже изобрели интернет.

Я сделал мысленную пометку вернуть этих друзей в магазин и купить новых, менее спорных.

— Продолжайте смеяться над моими бизнес-авантюрами. Однажды я смогу выпустить содержимое одной из этих банок в вашем доме.

Они оба сдвинулись на своих табуретах, вероятно, вспомнив, сколько чили кон карне я съел за те дни, когда наполнял эти банки. На самом деле я хранил их не для антропологических экспериментов. Я хранил их, потому что эти знания забавляли моих друзей, и, несмотря на то, что мы часто устраивали друг другу гадости — без всякого каламбура, — мне нравилось видеть людей, которые были мне дороги, счастливыми.

— Вернемся к теме — так ты действительно женишься? — Арсен поднял на меня глаза.

— Да. — Я допил свой напиток и тут же потянулся за второй бутылкой. — Но ты прав, есть одно условие. Ей нужна грин-карта.

Кристиан нахмурился.

— И это твоя проблема? Ты же не обрюхатил ее, верно?

Я вздрогнул. От одной мысли о прикосновении к Дафне меня выворачивало наизнанку. Она наверняка попросила бы меня искупаться в Purell и предварительно глубоко прочистить член.

— У нас не будет отношений. Я делаю ей одолжение.

— А что тебе за это будет? — настаивал Арсен.

— Она поймала меня на том, что я прижал ее начальницу, и шантажировала меня этим. Начальница замужем и имеет высокий статус, — объяснил я. — Оказалось, что она подобрала идеальный момент. Мне нужно место. Ответственность. Оправдание, чтобы не выполнять дерьмовое задание, о котором просит меня Discovery.

— Тебе нужна ответственность? Заведи гребаного хомяка, — посоветовал Арсен.

— Ты же понимаешь, что это федеральное преступление. Тебя, блядь, могут оштрафовать. — Настала очередь Кристиана обделать весь мой парад.

— С каких это пор Риггс заботится о деньгах? — вслух поинтересовался Арсен. — С тех пор как мы с ним познакомились, он все время враждует с этой концепцией.

— Нам обоим нужна эта история для прикрытия, — мягко сказал я. — Это готовая сделка.

— Ты роешь себе яму размером с бассейн. — Кристиан нахмурился.

— Больше места для меня. — Я опрокинул пиво в знак одобрения.

Кристиан указал на меня своим бокалом.

— Ты не можешь просто жениться ради грин-карты. Существуют правила, нормы; тебе придется соответствовать определенным требованиям, чтобы она могла получить визу.

— Объясни ему это, — подначивал Арсен, на его губах играла жестокая ухмылка. — Простыми словами. Может быть, иллюстрациями на салфетке.

Моя ухмылка расширилась. Они поносили меня, потому что я хорошо выглядел, был богат и работал на любимой работе. Кристиан, тем временем, вкалывал, чтобы поддерживать свой образ жизни, а Арсен делал то, что делал, из-за глубоких проблем с отцом.

— Во-первых, вам придется жить вместе, — объяснил Кристиан. — И иметь счета за коммунальные услуги, на которых будут указаны оба ваших имени.

— Это не проблема. — Я отмахнулся от этой новости.

Вообще-то, это была ОГРОМНАЯ, мать ее, проблема, но я уже столько дерьма от них получил из-за этого дурацкого брака, что не отступал из принципа. — Она уже предложила мне переехать к ней. Что еще?