Но последнее сообщение я отправлять не стала. От него так и разило эмоциями, а я с ними не связывалась.

Томясь в омуте жалости к себе, я плелась по своей квартире размером с обувную коробку, уныло оглядывая пространство и гадая, где же я размещу ребенка. Сама по себе малышка не займет много места, но для ее вещей понадобится целая комната.

А в современном мире вещей у малышей предостаточно.

У моей сестры и подруг уже были дети, и для всех их игрушек и мебели требовалось огромное пространство. Детские кроватки, пеленальные столики, комоды, высокие стулья для кормления, колыбели. Список бесконечен, а мне сейчас даже кофейные кружки пристроить некуда.

Будучи слишком измотанной, чтобы решать жилищный вопрос, я провела первую половину дня за просмотром криминальных документалок на Netflix (ведь ничто так не выдает в женщине будущую заботливую мать, как тяга к хроникам серийных убийств). Внезапный стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

Я со стоном спустила ноги с дивана. Открыла дверь, и только когда в памяти всплыли воспоминания о прогулке в Бостон-Коммон и преследователе, осознала, что сперва стоило спросить, кто пришел.

Твою ж мать.

Я собиралась позвонить Сэму Бреннану и спросить, сколько он сейчас берет за защиту бедовой девки, но вызванный беременностью туман в голове захватил всю мою жизнь. Да к тому же в последние несколько дней стало спокойно.

– Мечта? – Прыщавый парень в форме элитной торговой сети улыбнулся мне, держа в руках бессчетное количество коричневых пакетов.

Фух. Это не серийный убийца.

– Да, похоже, в последнее время я откликаюсь на это прозвище. – Я посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что мы одни и он не привел с собой серийного убийцу.

– У меня для вас посылка. Натуральные соки, корзина экзотических фруктов и готовые блюда на неделю от OrganicU. Куда мне все это поставить?

Я кивнула в сторону кухни, указывая дорогу. Папочка моего ребенка – придурок, но, по крайней мере, придурок заботливый.

Я приехала на работу с таким видом, будто меня туда притащил разъяренный бобер.

Покрасневшие глаза, спутанные волосы собраны в небрежный пучок и платье, которое я ласково называла Менструальный Наряд. Не без причины.

Войдя в клуб, я заметила Росса в компании трех незнакомых мне человек. Сердце тут же подскочило в груди. Я и в целом была не большой любительницей незнакомцев, а тем более после случая со странным мужчиной в моем клубе и еще одним, который преследовал меня в Коммон.

– Прекрасно. Вот и спящая красавица, – Росс повернулся ко мне с улыбкой, протягивая мой кофе. Я поставила стакан на барную стойку – один только его запах вызвал желание выдать всю пиццу, которую я съела за свою жизнь.

– Я опоздала всего на три минуты. – Бросила сумочку на стойку и без особого изящества плюхнулась на стул. – Без обид, но э-э-э… кто все эти люди, черт возьми?

– Твои новые сотрудники, нанятые третьей стороной. Очаровательно, правда?

Третьей стороной, как я догадалась, выступил Дэвон Уайтхолл. Мужчина, который умудрился стать гиперопекающим родителем еще до рождения ребенка.

Первой сотрудницей стала Морган – низкорослая энергичная девушка со стрижкой пикси, колечком в носу и таким настроем, каким вполне можно зажечь Вегас. Она представилась сертифицированным барменом с пятилетним опытом работы в отмеченном звездами Мишлен ресторане Троя и Спэрроу Бреннанов. А еще решительно заявила мне, что ее наняли работать в две смены.

Второй оказалась Элис – женщина сорока с лишним лет с двадцатилетним опытом работы в нью-йоркском баре. Судя по грубым рукам, Элис прекрасно умела при необходимости вышвыривать из баров извращенцев и дебоширов.

Третьим сотрудником был Саймон Даймонд (эй, кому псевдоним?) – мужчина размером с пикап. Все это время Саймон смотрел на меня как на пленницу, которой нужно не позволить совершить побег. Когда я спросила его об опыте работы, он дал расплывчатый ответ:

– Десять лет проработал вышибалой.

– О. Вышибалы нам больше не нужны, – я вежливо улыбнулась, планируя попросить Росса и Морган, чтобы научили его готовить коктейли.

Саймон улыбнулся в ответ, и у меня затрещали кости от страха.

– Я здесь не для этого.

– А для чего? – Я сделала глоток кофе, но тут же выплюнула его обратно в кружку. Плохая идея. Очень плохая идея. Малышка Уайтхолл осталась не в восторге от нарушенного мной обещания не употреблять кофеин.

– Для того и для сего. Для всего на самом-то деле.

– Мастер на все руки? Что ж, в этом нет необходимости.

– Мне уже заплатили за девять месяцев вперед, мэм. Вам не удастся от меня избавиться.

Я сама не знала, что смущало меня сильнее: его навязчивое присутствие или то обстоятельство, что он назвал меня «мэм».