– Вообще-то я имела в виду шампунь и мыло, – рассмеялась Шантель и поскакала в ванную, где сгребла в охапку все бутылочки и высыпала их в мою сумку.

Потом мы прикрыли за собой дверь и, синхронно шагая, пошли по коридору. Впору снимать кино про двух бандиток, которые рыщут по отелю в поисках жертвы. Номер Наоми. Номер Брук. Номер…

– А давай-ка сюда. Алиша? – забарабанила я в дверь.

За ней послышались неторопливые шаги.

– Знаешь, что, Шантель?

– М-м?

– Мне тоже приходилось драться. Несколько раз в жизни. Тогда я этого не хотела. Но сейчас, черт возьми, я не остановлюсь, пока не разукрашу ей лицо…

– Скай? – Распахнув дверь, на пороге встала завернувшаяся в полотенце Алиша. Влажные желтые волосы под полиэтиленовой шапочкой, тапочки с бантиками, бутылка с лосьоном в одной руке, другая перебинтована.

Повязка на ладони. Все, как он сказал. Черт тебя побери, Алиша! Я ведь любила тебя, как сестру.

– Скай, наконец ты здесь! Лилит тебя обыскалась! Как все?.. – Она запнулась, разглядывая Шантель. – А это кто?

– А это мой Гном.

– Гном? – хихикнула Алиша и подняла перебинтованную руку, вяло пошевелив пальцами. Что-то вроде: «И тебе привет».

– Что с рукой, Алиша? – Я без приглашения шагнула в номер, и она попятилась, удивленно моргая.

– Да так… Разбила бокал в баре и порезалась…

– Уж не в том ли самом баре, где ты клеила Бенни Бобтейла?

– Кого?

– Сэма Оушена, черт возьми!

– Возможно, а что? – неуверенно ответила Алиша.

– И уж не для того ли он отвел тебя наверх, чтобы перевязать тебе руку?

– Скай, я понятия не имею, о чем…

– Ты солгала. Ты с ним не спала. Он не ставил тебе синяки на шее. Ты не видела его сестру. Ты лгала мне по указке Лилит, потому что той надо было добраться до него во что бы то ни стало! А это могла сделать только я, так? Оставалось заставить меня поверить, что он чудовище, заслуживающее расплаты!

– Скай, – пискнула Алиша, прижимаясь спиной к стене.

– Я не в том настроении, чтобы вытягивать из тебя слова клещами, Алиша. Сейчас Гном будет держать тебя, а я примусь разукрашивать твое лицо в синий и фиолетовый.

Алиша перевела взгляд с меня на Шантель, втянув голову в угловатые плечи, и мгновенно сдалась:

– Хорошо, хорошо! Я с ним не спала!

Мной завладела ярость, какой я не испытывала никогда прежде. Я налетела на Алишу, молотя по ней сжатыми кулаками и игнорируя ее стоны и вопли… А потом Шантель с неожиданной для ее хрупкого тела силой оттащила меня от осевшей на пол Алиши.

– Тварь! – крикнула я.

– А что мне оставалось, если моя подруга сошла с ума и чуть не связала жизнь с маньяком? – Алиша вскочила, зажимая пальцами разбитый нос. – Мы все решили спасать тебя, как могли! Он тебе не пара, Скай! Он грязный, бессовестный ублюдок! Но ты была, как заколдованная! Лилит позвонила мне утром и сказала, что не стоит сообщать тебе, что моя охота провалилась. Наоборот, следует ввести тебя в заблуждение, чтобы уберечь от него! Все, что угодно, чтобы вытащить тебя из этого омута!

– Он никого не убивал!

– Фотографии. Я их тоже видела.

– Это не его рук дело!

Алиша скривила рот в некрасивой улыбке:

– Это он тебе сказал?

– Да, и я ему верю!

– Ты околдована им, Скай! До сих пор! Даже фотографии тебя не образумили. Даже нож в животе беременной девчонки! Если уж даже это…

– Я слышала эту историю.

Мы с Алишей одновременно повернули голову к Шантель, которая следила за нашей перепалкой с живым интересом.

– Точно, я слышала эту историю. Лет десять назад это было, так? А мне было шестнадцать или около того. Какой-то псих пырнул ножом свою беременную подружку. Музыкант-сатанист, так?

– Он самый! – взвизгнула Алиша.

– Меня не интересует, кто и что слышал, – медленно и отчетливо произнесла я. – Есть правда, и я докопаюсь до нее. Где Лилит?

– В ресторане отеля, – со злостью ответила Алиша, вцепившись в край полотенца на себе. – По крайней мере, мы договорились пообедать там.

– Прощай, Алиша. Как говорится, если не знаешь, кто предал, оглянись, предатель рядом.

* * *

Мы с Шантель спустились в ресторан отеля. Стоило мне увидеть начальницу – и мои нервы сбились в клубок. Лилит всегда оказывала на меня сильное воздействие. Она давным-давно надела на меня невидимый стальной ошейник: один конец цепи обернулся вокруг моей шеи, а другой она держала в своей руке. И, судя по тому, какими глазами она посмотрела на меня, как только заметила, Лилит не собиралась спускать меня с поводка. Как бы я ни скулила и ни прыгала.

– Я хочу поговорить с ней, – взглянула я на Шантель. – Наедине.

– Не вопрос, Белоснежка. Только не ешь из ее рук яблоки, – ответила та и двинулась к бару, хлопая ладонями по карманам в поисках денег.