На прошлой неделе я совершил серьезную ошибку и чуть не трахнул дочь Мэйсона на его же чертовом столе, потому ожидал драмы на рабочем месте. В понедельник утром я так переволновался, что едва не заработал язву. Но Челси Паркер в очередной раз повела себя по-взрослому.

«Черт, чем я только думал?»

Явно не головой, это уж точно. После вечера, когда мы смотрели шоу, а потом танцевали, я был опьянен ее ароматом и жаждал попробовать Челси на вкус. Потому, когда она пригласила меня войти, я желал этого всем своим существом.

Однако у Челси был инстинкт самосохранения, и она отступила, когда все стало нестись по наклонной.

Я повел себя с ней, как придурок. Отсюда и ее холодность, которой она одаривала меня всю неделю. Это и к лучшему.

— Мистер Фостер, — окликнула меня Челси, врываясь ко мне в кабинет. — Можно?

Может, мой разум и считал это плохой идеей, но глаза уже предательски блуждали по ее стильному офисному наряду, который умудрялся быть одновременно и чертовски сексуальным, и скромным, прикрывая кожу. Светлые волосы снова были выпрямлены и выглядели невероятно гладкими и шелковистыми, отчего очень хотелось провести по ним пальцами. Челси поджала пухлые губы, которые так и хотелось облизать. Черная юбка-карандаш с высокой талией была длинной, чуть ниже колен, но все равно Челси в ней выглядела чертовски горячей штучкой, особенно с этими остроносыми туфлями на очень высоком каблуке. Впрочем, Челси могла надеть муму и все равно смотрелась бы восхитительно.

— Да, мисс Паркер, — отозвался я, стараясь, чтобы голос не стал хриплым от желания.

— Мне нужно уехать немедленно, — она тут же ощетинилась от моего тона.

— Сейчас только два часа. Нужно как следует подготовиться к горячему свиданию пятничным вечером?

«Не твое дело, тупица».

— Что-то вроде того, — ее щеки покраснели. — Так можно мне уйти?

Если бы на месте Челси был любой другой, я отпустил бы его без вопросов.

Но она — не другие.

Это Челси Паркер. Девушка, полностью поглотившая мои мысли. Милая, сексуальная и чертовски способная. Умная и харизматичная. В ней было все, чего я мог когда-либо хотеть от женщины.

Вот почему я никак не мог выкинуть ее из головы и засунуть в воображаемую коробку в уголке разума, которую никогда больше не намеревался трогать. Нет, напротив, я очень хотел к ней прикоснуться. К каждой частичке ее тела. Пальцами, членом и языком.

— Можно, если скажешь, куда бежишь, — заявил я, поднимаясь с кресла.

Я испытал какое-то порочное удовлетворение, заметив, что Челси также взволнована нашей встречей, как и я. Она на пару мгновений задержала взгляд на моем лице, а потом посмотрела в окно позади меня.

— У меня есть важные дела, — Челси прикусила нижнюю губу, по-прежнему избегая смотреть мне в глаза.

— Какого рода дела? — подошел я ближе к ней и нахмурился.

— Ладно, это свидание, — пробормотала она, все же встретившись со мной взглядом, но не в силах скрыть некую рассеянность. — Счастлив?

Да, поскольку тут же понял, что она лгала. Но если бы у Челси действительно было свидание, моя ревнивая задница не испытывала бы и унции счастья, что не поддавалось объяснениям.

«Либо ты хочешь ее, либо нет, Фостер. Ни то и другое одновременно».

— Я провожу тебя, — сказал я, кивнув на дверь.

Челси закатила глаза, на мгновение вновь становясь той нахальной девчонкой за глянцем деловой женщины.

— Я в состоянии найти выход, Фостер.

— Не обсуждается, — отозвался я.

Шагая по офису, я то и дело кивал встречавшимся на пути сотрудникам и наслаждался стуком каблуков Челси позади. Как только мы оказались в лифте, и за нами закрылись двери, она одарила меня ледяным взглядом, а я усмехнулся.

Вскоре лифт остановился на другом этаже, и к нам зашли еще шестеро человек. Челси вынуждена была подойти ко мне ближе, плечом коснувшись моей груди. Она оказалась так близко, что я вспомнил, как вдыхал ее аромат в прошлые выходные. Как Челси терлась об меня на танцполе. Как смело схватила за член в кабинете своего отца. Словно даже знала, что с ним делать.

— Ранний уход с работы не должен войти в привычку, мисс Паркер, — пробормотал я, обдавая горячим дыханием ее ухо, отчего Челси задрожала. — У тебя есть работа. И ты не можешь ее выполнять, занимаясь в рабочее время другими делами.

— Сейчас я вынуждена это сделать. Только сегодня. Подобного больше не повторится, — она подняла голову, заглянув мне в глаза и облизнув губы. — Обещаю.

Мне никогда прежде так сильно ни хотелось никого поцеловать, как в этот момент Челси. Ее сочные губы словно взывали ко мне, черт бы их побрал. Просили, даже умоляли о том, чтобы я их попробовал. Не в силах остановиться, я поднял руку и провел пальцами по подбородку Челси. Она тут же приоткрыла рот, а ее глаза расширились.