Лэйси лежала, облокотившись на меня, но теперь приподнялась.

– Все хорошо. А что?

Я провел пальцами по ее бедрам.

– Я имел в виду, как дела у тебя между ног, – пробормотал я.

Щеки Лэйси покраснели, и она прикусила нижнюю губу.

– О. Там. Такое чувство, что туда нужно обратить некоторое внимание.

Я усмехнулся и убрал прядь волос с ее глаз.

– Неужели? Языком? Пальцами? Или членом?

Лэйси сглотнула.

– Может, всем.

– Что ж, тогда лучше пойти и посмотреть. Мы попросту теряем дневной свет.

Когда я поднялся с дивана и подхватил ее на руки, Лэйси взвизгнула. Я направился по коридору в свою спальню. Оказавшись внутри, я посадил Лэйси на кровать и стащил с нее платье. Мне нравилось смотреть на ее медового цвета кожу. Такую сладкую на вкус.

Не отрывая от нее взгляда, я стал расстегивать пуговицы так быстро, как только мог. Отбросив рубашку, я стянул майку, и глаза Лэйси расширились, когда она увидела мою грудь.

– Ух ты, – восхищенно выдохнула Лэйси.

– Что?

– Эта грудь. То есть... – она замолкла, а ее взгляд опустился к моим нижним кубикам на прессе. – Я и не знала, что ты везде расписан. Хочешь сказать, хорошему мальчику-проповеднику приходится прятать все это под одеждой?

Пожав плечами, я расстегнул пуговицу на джинсах.

– Я не везде расписан.

Лэйси облизнулась, отчего мой член дернулся в штанах.

– Докажи.

Не сводя взгляда с ее прелестных губ, я расстегнул молнию на джинсах и стянул их, бросив на пол. Когда я пальцами зацепил пояс черных боксеров, Лэйси прикусила свою пухлую розовую губу. Стянув ткань с бедер, я с удовольствием услышал стон, сорвавшийся с ее губ. А когда мой толстый член покачнулся, глаза Лэйси заблестели желанием. Я потянулся за презервативом, лежащем на тумбочке, разорвал фольгу и натянул его на член.

– Здесь у тебя нет татуировок, – отметила она.

– А у тебя их нигде нет.

Ее глаза, мгновение назад пылавшие желанием, потускнели, и Лэйси отвела взгляд. Эмоции сменились так быстро, что если бы я не следил за каждым движением ее ресниц, каждым вздохом, наверняка пропустил бы это. Подойдя к ней, я повалил Лэйси на спину и накрыл ее своим телом. Член болезненно пульсировал, прижавшись к ней, но я последовал велению сердца.

Мне хотелось всегда знать, отчего ей грустно, как и то, что делало ее счастливой.

– В чем дело? – пробормотал я, нежно целуя подбородок Лэйси, а потом прижался губами к ее уху. – Куда только что убежали твои мысли?

Лэйси тяжело вздохнула.

– Ничего не могу от тебя скрыть, – в ее голосе слышался стыд. – Это неважно.

Я стал посасывать мочку ее уха.

– Это явно казалось тебе важным, – выдохнул я. – Расскажи мне, Лэйс. Расскажи мне все.

Она провела рукой по моему плечу, потом поднялась к шее, а затем запустила пальцы мне в волосы. Я любил, когда она так прижималась ко мне. Словно погибнет, если я уйду. Только я никуда не собирался.

– Я хочу одну татуировку, но ты, наверное, подумаешь, что это глупо, – прошептала Лэйси.

Я раздвинул ее бедра и прижался к Лэйси еще теснее. Ухватив за подбородок, я посмотрел на нее сверху-вниз.

– Я никогда не считал тебя глупой, милая. Ты самая умная девушка, которую я знаю.

Лэйси рассмеялась, а потом нахмурилась и встретила мой взгляд своими голубыми глазами.

– Я хочу только одну. Пару крыльев в память об ангеле, которого потеряла.

Я поцеловал ее в губы.

– Вовсе не считаю это глупым. На самом деле, даже свожу тебя в салон на твой день рождения.

– Правда?

– Правда, – я прикусил ее нижнюю губу. – И переставай все держать в себе. Отпусти свою боль. Позволь мне разделить ее с тобой.

Лэйси всхлипнула, когда я стал тереться об нее членом. Лишь дразнил, скользя между половых губ.

– Истон...

– Да, малышка?

– Ты нужен мне.

– Вот так? – я толкнулся в нее одним сильным движением, и Лэйси вскрикнула. Я успел полюбить ее крики. Теперь, когда добился одного, я хотел услышать еще очень и очень много.

– Да, – простонала она. – Вот так.

Я снова поцеловал ее, когда двинулся глубже. Лэйси уперлась пятками мне в задницу, а ногтями впилась в плечи. Быть внутри нее – лучшее чувство, которое я испытывал за всю свою жизнь. Ничто, кроме нее, сейчас не имело значения. Тело Лэйси было напряженным и невероятно отзывчивым. Моим.

– Черт, – прошептал я ей в рот. – Мать твою.