– Никто ничего не сможет нарыть на Койнаковых, – прогремел позади меня голос Койна. – Еще много лет назад я написал шпионские программы и запустил их в сеть. Каждый раз, когда кто-то сохранит даже пустую веб-страницу с моим именем, она зашифруется. Везде. В ЦРУ. ФБР. АНБ. В каждом гребаном полицейском участке в радиусе пятисот миль. Любые отчеты или файлы с упоминанием «Королевских ублюдков» Талсы или моей фамилией блокируются программой. И восстановить их можно только с паролем, который знаю только я.

– Пожалуйста, не убивайте ее, – снова пробормотала я, на этот раз громче.

Страж услышал меня и бросил взгляд в мою сторону. Посмотрев мне в глаза, он поднял взгляд выше, очевидно, уставившись на Койна. Они провели какую-то молчаливую беседу, после чего Страж кивнул.

– После меня придет кто-нибудь другой, – предупредила Сторми. – АНБ обязательно что-то пронюхает и пошлет кого-нибудь вроде Дженворта. Кого-то, кто взломает твои дурацкие коды и вытащит наружу все, что ты скрываешь, – она вздернула подбородок. – Просто всади мне пулю в голову. Хватит с меня твоих дурацких психологических бесед.

Я вырвалась из рук Койна и рванула к ней. Никто не стал меня останавливать. Как только я разрыдалась, Сторми крепко обняла меня.

– Зачем ты это сделала? – прошептала я. – Зачем пожертвовала своим прикрытием ради меня?

Она поцеловала меня в макушку.

– Кто-то же должен за тобой приглядывать, Хэдли. Я просто хотела тебя спасти.

– Время вышло, – рявкнул Страж, оттаскивая Сторми, а Койн в это же мгновение схватил меня.

– Не убивай ее! – крикнула я, пытаясь до нее дотянуться. – Пожалуйста!

– Страж? – спросил Койн, когда тот перебросил брыкавшуюся и сыпавшую проклятиями Сторми через плечо. – Что ты делаешь?

– Разбираюсь со своей проблемой, – сердито глянул на нас Страж.

– И что это за способ такой?

– У меня свои методы, – он разочарованно фыркнул. – Не волнуйся, ДиКей, эта сучка сегодня не умрет, – с этими словами он покинул скотобойню, выскользнув в снежную ночь.

– Время принять ванну, малышка, – произнес Койн. – Для сегодняшнего дня итак слишком много волнений.

*****

Три дня спустя...

Я смотрела на спавшего Койна, внутри словно бурлила энергия. С закрытыми глазами и чуть приоткрытыми губами он казался безобидным. Как ангел, упавший с небес прямо в мою постель. Отметина на его лице вполне могла сойти за христианский крест, если взглянуть немного под углом.

Но мне было виднее.

За ангельской внешностью скрывался демон.

Мой демон.

На губах появилась улыбка. В последнее время присутствие самого устрашающего мужчины, которого я когда-либо знала, творило чудеса с моим настроением. Два месяца в плену отца и визиты Магны разрушили часть моей души. Я даже не была уверена, что когда-нибудь стану прежней. И до возвращения сюда я дрейфовала в темноте. Обнаружив, что, возможно, беременна, я ощутила, как внутрь моего кокона стал проникать свет. Сперва это были крошечные трещины. Но они расширялись с каждым днем. Оба человека, причинивших мне ужасную боль, были мертвы. Благодаря Койну. И умирали они мучительно и ужасно. Это принесло такое желанное облегчение.

Не в силах удержаться, я провела пальцами по его покрытому щетиной подбородку. Мне хотелось разбудить Койна, но я не стала. Мысли вернулись к той ночи, когда он убил отца. Как только Страж забрал Сторми, Койн отнес меня в дом, не дав ступать на пол, полный разбитых стекол и обломков после стрельбы. После недолгого отключения электричества, все снова работало. Затем Койн искупал меня с такой заботой и нежностью, что я смогла лишь расплакаться. И вот я уже три дня прижималась к нему, восстанавливая силы и разум.

– Когда ты так смотришь на меня, это чертовски жутко, – его глаза все еще были закрыты, а на губах играла улыбка.

– О, слава богу, – воскликнула я. – Я думала, ты собрался спать вечно. В любом случае, это не жутко, если тебе нравится.

Моя дерзость заставила его улыбаться еще шире. Койн приоткрыл веки, щурясь от утреннего света, чтобы посмотреть на меня. Мне так нравилось, когда его карие глаза при виде меня сияли гордостью и восторгом. Затуманенный и затравленный взгляд, который был у него все это время, исчез. Убийство Магны и отца освободило его. И меня тоже.

– Я сделала один из тех тестов, которые купил в магазине Бермуды. Теперь я точно беременна.

Он запустил пальцы мне в волосы и притянул меня к своим губам. Я застонала, когда Койн поцеловал меня, совершенно не заботясь о вероятном несвежем дыхании после сна. Все же Койн был байкером, пытавшим людей самыми отвратительными способами. Последнее, что стало бы его волновать – это утреннее дыхание.