– Магна?

Его глаза яростно вспыхнули.

– Ты хочешь Патнэма?

Я покачала головой, слезы покатились по щекам.

– Почему?

– Он причинил мне боль.

– Я тоже делал тебе больно.

Слезы все продолжали катиться по лицу, увлекая за собой тушь. Я была уничтожена. Рассыпалась на осколки прямо сейчас. Начала в тот момент, когда Койн перебросил меня через плечо в ту ночь, когда убил Джуниора.

– Когда ты причиняешь боль, это совсем иначе, и я не против, – выдохнула я, подбородок дрожал.

– Если бы он пришел за тобой сегодня, что бы ты сделала?

– Молила бы тебя убить его и спасти меня.

Он приподнял брови.

– Ты хочешь быть моей?

– А чьей я еще могла бы быть? Может, подошел бы Бермуды? Или Дракон?

Он задрал мне юбку на бедра и ударил по голой заднице. Стринги, которые я сегодня надела, ничего не скрывали и сливались с кожей.

– Ты моя, – заявил он. – Так что прекращай, черт возьми, флиртовать с моими парнями.

– А что если продолжу? – поддразнила я его.

– Я тебя выпорю.

– Порка тебя заводит, папочка.

Койн застонал и снова ударил по ягодице, на этот раз сильнее.

– Прекрати надо мной издеваться, ДиКей.

– Я все думала... у кого член больше. У Бедмуды или Дракона.

Койн снова ударил меня, и я вскрикнула.

– У меня. У меня самый большой член.

– Не верю.

– Нахальная девчонка.

Мы посмотрели друг на друга в зеркале. От Койна буквально волнами исходили ярость, жестокость и сексуальное влечение. Я же прибывала в полном беспорядке, с запачканным тушью лицом и заплаканными глазами. Койн схватил меня за волосы и наклонил голову в сторону. Он впился в мою шею, став посасывать, покусывать и лизать. Я видела, как Койн буквально пожирал меня, и это показалось мне самым сексуальным, что я когда-либо видела. Его член прижался к моей нывшей заднице через камуфляжную ткань.

– Я могу быть хорошей, – пообещала я. – Трахни меня и сделай своей.

Койн скользнул ладонями по лифу и приспустил его, освобождая грудь. Материал был плотным, потому неудобно врезался в ребра. Я старалась делать неглубокие вздохи, пока Койн возился со своими штанами. Вытащив член, он ударил меня им по ягодице.

– Ты намокла? – пробормотал он. – Наказание тебя возбуждает, да, ДиКей?

Удерживая его взгляд в зеркале, я нагнулась и коснулась ткани стрингов.

– Промокла насквозь. Мне нравится, когда ты мной командуешь.

Лицо Койна потемнело.

– Тебе нравится морочить мне голову.

– Если так ты потеряешь над собой контроль, тогда да, черт побери.

Койн толкнул меня вниз, и я едва не уткнулась лицом в раковину. Ухватившись за фарфоровый край, я постаралась распределить вес. Проведя головкой вдоль половых губ, Койн без предупреждения резко толкнулся внутрь. Я стала хватать ртом воздух, пытаясь приспособиться к размерам Койна.

– Черт, Хэдли, – рыкнул он, – ты сводишь меня с ума.

– Взаимно, – я толкнулась ему навстречу, пытаясь принять его как можно глубже.

Снова схватив меня за волосы, он заставил поднял голову, чтобы мы снова смогли смотреть друг на друга в зеркале. В таком положении мне стало не за что ухватить, потому я потянулась назад, сорвав с Койна шапку и запустив пальцы в его мягкие волосы. Койн вдруг напрягся. А в следующий миг пронзил меня до самых глубин мощным толчком. Когда его опытные пальцы коснулись моего пульсировавшего комка нервов, я потеряла всякое чувство реальности. Койн посасывал кожу на шее, время от время прикусывая, отчего я всхлипывала.

Он будто был везде и сразу.

Я чувствовала себя поглощенной, отмеченной... принадлежащей этому мужчине.

Койн вызывал привыкание.

Я поддалась его власти, позволив использовать себя, делать с моим телом все, что он хотел. Я и сама отчаянно желала этого. Желала, чтобы меня удержали и уничтожили.

Койн не разочаровал.

Он трахал меня так, что становилось больно, но пальцами доставлял неземное наслаждение. Оргазм настиг меня подобно взрыву бомбы, и я закричала. В теле, казалось, ожило каждое нервное окончание, я безостановочно содрогалась. Койн застонал, а потом выпустил внутрь меня горячее семя. С каждым толчком его члена я ощущала, как его собственнические щупальца обвивали меня, словно виноградные лозы, призванные заточить сердце и разум. Они сдавливали. Душили. Дарили обещание.

«Моя».

Я прочувствовала это до самого мозга костей.

Койн коснулся губами моей шеи, а затем отстранился. Я даже не успела сказать ему и слово, прежде чем он убрал в штаны член и выскользнул за дверь.

«Что. За. Черт?»