Кто-то должен был уволить его за безделье.

Я улыбалась, входя в вестибюль великолепного здания. Уинстон скучал и беспокоился. Однако это не должно было так сильно меня радовать. Это не было неожиданным. Он ведь заступился за меня перед Мэнди и папой. Купил мне чертову машину. Буквально заваливал подарками.

«Ты ведь отрабатываешь их, глупышка».

Нет, я отказывалась позволять своему внутреннему голосу лишать меня хорошего настроения. Утром меня весьма удивило поведение отца, его внимательность. Все было как в старые добрые времена. До Мэнди и ее ужасной троицы. Словно мы перенеслись во времени и снова стали так близки, насколько это вообще было возможно. Его беспокойство за меня было достаточно ощутимым, и, по всей видимости, насторожило тройняшек, поскольку утром они даже не показывались.

Я зашла в лифт, ни на кого не обращая внимания. Спустя мгновение в меня кто-то врезался и схватил за локоть, чтобы устоять на ногах. Но не спешил отпускать.

— Выходи на шестнадцатом этаже и иди в женский туалет, — раздался у меня над ухом глубокий и низкий голос. Такой знакомый.

По телу побежали мурашки, когда я обернулась и встретила ужасающий взгляд Лео Морелли. Того самого мужчины, из-за которого я почти постоянно оглядывалась по сторонам с ночи празднования дня рождения Уинстона. Мысли о нем не оставляли меня даже во снах. Я испытывала отвращение к самой себе за то, что когда-то посчитала его привлекательным. Да, внешне он был безупречен, но внутри него таилось зло. Я видела это в его темных глазах.

— А если я откажусь? — бросила я в ответ, но слова вышли не громче шепота.

— Не откажешься.

Зловещая угроза в его словах лишила меня желания противоречить. Я практически вывалилась из лифта на шестнадцатом этаже, который, похоже, был жилым, и пошла прямиком к туалетам. Я судорожно обдумывала свои действия, когда Лео зашел следом.

— В кабинку, — рыкнул он.

— Что ты собираешься делать? — потребовала я, выставив перед собой ладонь, будто это могло помешать взрослому мужчине наброситься на меня и взять то, чего он хотел.

— Не это, — усмехнулся он и пояснил. — Мы просто поболтаем.

Силясь справиться со страхом, я зашла в кабинку для инвалидов. Лео проскользнул следом, закрыл дверь и запер нас. Когда он толкнул меня и прижал к стенке, я с трудом сдержала стон отчаяния.

— Не прикасайся ко мне, — я встретила его взгляд, пытаясь показать, что не боялась. Однако дрожь, пробежавшая по телу, меня выдала.

Лео стал теребить прядь моих волос, проигнорировав мое требование.

— Я думал, он отказался от этого здания ради тебя, — он прищурился, пристально меня изучая. — Хотя несмотря на твою красоту и флер невинности, вряд ли тут все так просто.

— Деловые сделки Уинстона меня не касаются, — бросила я, выпрямившись. — Мы закончили?

— Закончим равно тогда, когда я так решу, — огрызнулся он, мышцы на его шее вздулись из-за внезапного приступа ярости. — Видишь ли, я пришел к выводу, что он вообще не думал отказываться от этого здания. Сделка состоялась слишком быстро. Я купился, решив, что он так спешил из-за тебя. Однако после более глубоких размышлений я подумал, что ты всегда меня отвлекала. Здание. Вот, что он на самом деле любит. Почему — понятия не имею.

— Смотрю, ты любишь думать, — невозмутимо ответила я, изобразив такую скуку, что Уинстон бы мной гордился.

Лео достал одну из украденных у меня конфет. Медленно развернув обертку, он протянул ее мне.

— Оближи.

— Да пошел ты, — прошипела я, толкнув его в грудь, но он не пошевелился.

Лео сдавил мою челюсть так сильно, что я вскрикнула.

— Лижи.

С трудом подавив слезы, я вытянула язык. Он решил устроить какое-то извращенное представление, растирая конфету по кончику моего языка. Лишь после он бросил красный леденец к себе в рот. Отпустив мои щеки, Лео улыбнулся.

— Вкуснятина, — произнес он, его темные глаза зло блеснули, когда он перекатил конфету во рту. — Вернемся к тому, что я говорил до того, как ты решила вести себя, как стерва, — я вздрогнула, а он продолжил. — Выясни, почему он так одержим этим зданием. Никто из членов его семьи или друзей там не работает. Я не вижу в этом смысла.

— Может, ему просто нравится с тобой играть, — бросила я, поскольку это было в стиле Уинстона.

— Возможно, — согласился Лео, пожав плечами и раскусил леденец. — Но в любом случае, я хочу знать наверняка, почему у него такая эрекция на мое здание. Он будто чего-то выжидает. Оно досталось мне слишком просто, и теперь я не верю, что Уинстон продал его из-за тебя. Не верю.

«Ну и дела. Спасибо, придурок».