- Забавно, что ты назвала меня взрослым спутником. Доктор сказал, что тебе едва исполнилось двадцать.
- А я и не говорила, что мне двадцать шесть.
- Ты выглядишь очень молодо, но твоя самоуверенность заставляет меня верить, что ты старше. - Он сжал переносицу. - Скажи хотя бы, что тебе уже можно в этой стране законно употреблять спиртное.
- Расслабься, старичок. В тюрьму за спаивание тебя не отправят - только за всё остальное.
- Тебе двадцать два, не так ли? Когда мне было двадцать два, ты была тринадцатилетней.
- Твои проблемы. - Затем я нахмурилась. - Почему ты лежишь в моей кровати?
Другую тему он не стал развивать.
- Потому что могу.
- И поэтому ты притянул меня к себе?
- Я не притягивал. Ты сама придвинулась, обняв меня, потому что привыкла спать рядом со своим партнёром.
Как скажешь.
- Ты закинул руки за голову, потому что боролся с искушением погладить мои волосы, ведь так? Хм… Тебе нравится гладить мои волосы.
Он не ответил.
- Спорим, ты вспоминал нашу ночь, и это вскружило тебе голову. Что только доказывает мою теорию.
Он прищурился.
- Какую теорию?
- Что я нравлюсь тебе больше, чем ты мне. Ты предпочтёшь меня похитить, нежели отпустить. - Я снова вытянулась. - А кормить будут во время отсидки? Я просто умираю, как есть хочу. Даже в тюрьме меня бы дважды покормили, выделив отдельные нары.
Мрачно на меня посмотрев, он снял трубку и вызвал обслуживание номеров.
- Что ты хочешь?
Перегнувшись через него, я выхватила трубку, наслаждаясь шокированным выражением его лица.
- Hablas español? - спросила я женщину.
- Si.
Я мысленно изобразила дьявольскую усмешку.
- Мне нужны пиццы. Шесть штук. Больших. Макароны с сыром. Суп из лобстера и всё, что ещё у вас есть из лобстера. Вообще-то, лобстера, выложенного на лобстере. Хочу "колу". Не диетическую, нормальную. В стеклянных бутылках, если сможете их раздобыть. Также, если принесёте десять кубинских полуночных сэндвичей с дополнительной порцией солёных огурчиков, мистер Севастьянов наградит вас щедрыми чаевыми. Пожалуйста, включите эти чаевые в общий счёт. Замечательно. Большое спасибо! - когда я повесила трубку, мой желудок с готовностью заурчал.
- Думаю, ты всегда спишь днём, - съехидничал Севастьянов. - Издержки профессии.
Я вздохнула.
- Ты всё думаешь, что что-то обо мне знаешь. Но всякий раз ошибаешься так, что я просто диву даюсь.
- Например?
Обманутую наследницу обвиняют в обмане другого!
- Ты мне никогда не поверишь. Рассмеёшься в лицо. Но однажды, когда всё это забудется, я пришлю тебе открытку - со списком. И когда ты всё проверишь, то сгоришь от стыда.
Он открыл рот для ответа, так что я быстро встала и ушла в ванную.
Размерами ванная была больше моей квартирки. Во время пребывания в башне Севастьянова я буду наслаждаться бесплатными туалетными принадлежностями, неограниченной горячей водой и всеми полотенцами, какими только пожелаю воспользоваться. Никаких походов в прачечную. Настоящая жизнь!
Стянув волосы в узел на макушке, я умылась. Почистила зубы очередной гостевой щёткой.
На обратном пути, проходя мимо него, я даже не удосужилась заговорить. Не зная, чем заняться в ожидании прибытия моего изысканного пиршества, я взяла к бассейну, который теперь был моим тюремным двориком, один из его бизнес-журналов. Я растянулась на диване прямо под обогревателем.
Я заметила, что везде было убрано - кем-то, кто не являлся мной. Хотя бы раз! Что там про золотую клетку?
Услышав звонок, я помчалась внутрь, не заботясь о том, как выгляжу. Три официанта вкатывали в гостиную нагруженные тележки. Эти парни прилагали отчаянные усилия не пялиться на мою грудь под футболкой.
Севастьянов надел рубашку. Кинул на мою грудь хмурый взгляд, затем сказал:
- Что это?
- Ты не уточнил, что я должна заказать. А потом, нам ведь надо накормить наших телохранителей? Они смогут съесть всё, что останется после меня. Если что-то вообще останется.
Как только все тарелки были расставлены и официанты удалились, Севастьянов сказал:
- Это просто смешно.
- Раз уж я теряю в деньгах, ужин будет моим утешительным призом. Неужели ты пожалеешь для меня один незначительный щедрый ужин, раз уж нарушил все мои планы по зарабатыванию миллионов? Миллионов! - я театрально закусила кулак.
- Думаешь, это смешно?
- Когда-нибудь ты начнёшь воспринимать юмор так, как это делаю я. Надеюсь, что окажусь поблизости, чтобы увидеть выражение твоего лица, - я принялась искать свой сэндвич. - А, вот он!
Он нехотя спросил:
- Что это?
Я понюхала.