Маттео

Я всегда подозревал, что для нас с Лукой настанет момент, когда тьма в нас поднимется слишком высоко, так высоко, что затопит весь свет, все хорошее, что осталось. Я боялся, что этот момент настал для Луки.

Я не дал Ромеро подойти ближе к Луке, положив руку ему на грудь. Ромеро нахмурился, но потом посмотрел на Луку и напрягся. Я тоже оцепенел от страха.

Мы с Лукой прожили вместе всю жизнь, прошли через все плохое и худшее, убивали и страдали, смеялись и дрались. Я никогда по-настоящему не боялся своего брата. Не тогда, когда он раздавил горло нашему кузену, не тогда, когда он угрожал мне за то, что я нес чушь об Арии, но до сих пор я никогда не видел такого выражения на его лице.

Я не был уверен, что заставило его так смотреть, но я знал только одно, что могло поставить его на колени, только одно, что могло уничтожить Луку, что могло заставить его сломаться раз и навсегда. Это был единственный человек, который, как я думал, остановит его от срыва в первую очередь.

— Лука? — осторожно спросил я.

Он уставился на фотографию на экране. Я подошел ближе, и то, что я увидел, заставило кровь отхлынуть от моего лица. Это была фотография Арии, держащейся за руки с Данте. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я видел. Это даже не имело смысла. Ромеро тоже бросил взгляд на фотографию и нахмурился.

Джианна, конечно, выбрала именно этот момент, чтобы войти в гостиную в одной ночной рубашке, но остановилась, увидев нас. Она перевела взгляд с меня на Луку, и улыбка сползла с ее лица.

— Где Ария? — резко спросил я.

— Не разговаривай со мной таким тоном, — пробормотала она, ее глаза снова метнулись к Луке, который все еще не двигался и смотрел на свой телефон, но я знал, что он слушает.

— Джианна, где, черт возьми, Ария? Это серьезно, — прорычал я.

Лили появилась позади нее, но Ромеро покачал головой и жестом велел ей не подходить ближе.

— Где она? — он спросил ее.

— Не знаю, — тихо ответила она, но это была ложь. Ромеро знал это. Я знал. Лука знал это.

— Она в Чикаго? — спросил я.

Джианна и Лили переглянулись, но промолчали.

— Что здесь происходит? — спросила Джианна.

Лука оторвал взгляд от телефона.

— Черт, — пробормотал я, потому что этот взгляд в его глазах...напугал меня до чертиков.

— Лили, — начал Ромеро, но не успел закончить предупреждение, которое хотел произнести.

— Вы знали об этом? — просил Лука голосом, который я никогда от него не слышал. Низкий, темный, на грани разрушения. Он повернул свой телефон так, чтобы Джианна и Лили увидели фотографию Арии, держащейся за руки с Данте, затем он щелкнул по следующей фотографии, на которой Данте держал руки на плече Арии, его рот у ее уха в интимном жесте. И следующее, худшее, Ария в машине с Данте, и он склонился над ней, спиной к камере, скрывая большую часть ее тела из виду. Их лиц не было видно, но они были близко, и его рука просунулась между ее ног.

Лили втянула в себя воздух, и это стало последней каплей. Лука взревел и отшвырнул телефон. Он разбился о стену. Затем он схватил рождественскую елку и бросил ее на землю. Я схватил Джианну за руку и подтолкнул к входной двери.

— Уходите! Идите к машине и ждите меня.

Джианна отказалась уходить, в отличие от Лили, которая позволила Ромеро вывести ее на улицу.

— Лука, перестань быть идиотом. Ария никогда бы тебе не изменила, тупая задница! — крикнула Джианна.

Лука вытащил нож и уставился на лезвие, его грудь и плечи вздымались, на лице застыла маска острой боли. Никогда я не видел его таким. Даже когда отец пытал нас ножами, зажигалками и иглами.

Я схватил Джианну за руку и потащил ее из дома к своему "Порше", не заботясь о том, что она босиком. Она попыталась стряхнуть меня.

— Прекрати, Маттео. Он ошибается! — она вскрикнула.

Я не слушал. Мне нужно было доставить ее в безопасное место, а затем вернуться к Луке и попытаться удержать его от распада на части страшным способом серийного убийцы. Я втолкнул ее в машину и запер двери. Джианна забарабанила в окно.

Ромеро запер Лили в своем джипе и обеспокоенно посмотрел на меня.

— Ария не стала бы изменять, — сказал он.

— Ты в этом уверен? — пробормотал я.

— Ты должен успокоить его, прежде чем он сделает что-то, что уже не исправить, — сказал Ромеро.

Я кивнул.

— Иди.

— Я сниму номер в отеле неподалеку. Позвони, если понадоблюсь.

Джианна начала сигналить, сводя меня с ума, но я не выпускал ее из машины. Я не хотел, чтобы она была рядом с Лукой, когда он в таком настроении.