В апреле, через три месяца после приезда Гроула, мы с Маттео сидели в гостиной пентхауса и обсуждали последние события в Лас-Вегасе.

— Они проведут годы в борьбе за власть. Каморра в руинах, если Римо Фальконе когда-нибудь придет к власти, если он когда-нибудь станет Капо, он будет править руинами.

Я надеялся, что он прав. Я сделал все, что было в моих силах, чтобы ослабить Каморру, но все еще помнил нашу встречу с Римо Фальконе и выражение его глаз. Рано или поздно он захватит власть.

Мой телефон завибрировал в штанах, я вытащил его и снял трубку.

— Орацио?

Его отчеты стали менее частыми. Данте держал всех своих солдат на коротком поводке.

— Фабиано Скудери появился в Нью-Йорке?

Я сел.

— Фабиано? Почему? Что случилось?

Маттео поднял брови.

— Рокко Скудери сказал, что его сын дезертировал, сбежал, и никаких следов. Данте ищет его.

Данте убьет его за дезертирство.

— Он так и не появился.

— Его нет уже две недели.

— Ты уверен, что он сбежал, а Скудери не избавился от него? В конце концов, у него появился новый наследник с ребенком невестой.

Орацио молчал.

— Понятия не имею. Скудери мудак. Данте должен был убрать его давным давно, но пока жив Фьоре Кавалларо, Данте этого не сделает. Он слишком уважает своего отца и не станет избавляться от выбранного им советника.

В его голосе слышалось явное неодобрение. Орацио не нравилось, как обстоят дела в отряде, но он работал с нами не поэтому. Это было что-то личное, что-то связанное с его отцом.

— Данте подозревает, что в этом деле замешан Крот.

— Когда мы вмешались в его доставку оружия в гребаный клуб в Питтсбурге, он, вероятно, заподозрил неладное.

Данте использовал партизанскую тактику, чтобы ослабить меня, поддерживая МКС на моей территории, поэтому они вмешались в мой бизнес.

— Возможно. Не знаю, сколько еще я буду в безопасности.

Я боялся, что его шпионской работе придет конец.

— Приезжай в Нью-Йорк. Я официально введу тебя в должность, и когда мои солдаты немного поработают с тобой, ты станешь младшим боссом в Бостоне.

Ошеломленное молчание.

— Ты сделаешь меня младшим боссом.

— Да, — ответил я.

Босс Бостона собирался на пенсию, и у него были только дочери, и Данте будет вне себя, если я сделаю его шурина своим помощником.

Мы обсудили еще несколько деталей его вступления в семью, прежде чем я повесил трубку и вздохнул.

— Фабиано исчез.

Маттео поморщился.

— Этот мальчик был верен мне. Сомневаюсь, что он дезертировал из отряда.

— Согласен. — остается только один вывод. Скудери избавился от него. — Черт.

— Мы не можем сказать нашим женам. Они сойдут с ума.

— Они не узнают. У них нет возможности связаться со своим братом и узнать, что происходит в Чикаго.

Мы с Арией договорились больше не хранить секреты друг от друга, но это было обещание, которое я не мог сдержать. Ария будет винить себя, если узнает, что ее брат мертв. Она будет сломлена и никогда не простит себя. Это был секрет, который я должен был хранить, чтобы защитить ее.

Мы с Маттео замолчали, когда Ария спустилась по лестнице с Марселлой на руках и Джианной в нескольких шагах позади нее. Марселла дико извивалась, густые черные волосы разметались по всему телу.

Ария рассмеялась и опустила Марселлу на землю. Жадные голубые глаза уставились на меня, и Марселла подползла ко мне, ее задница в подгузнике подпрыгивала вверх и вниз. Я наклонился вперед и протянул ладони. Она ползла быстрее, издавая пронзительные хихикающие звуки. Как только она подошла ко мне, я схватил ее и поднялся на ноги, подняв над головой, как ракету. Она радостно завизжала, и я развернул ее к вытянутым рукам Маттео, который подбросил ее в воздух и снова поймал.

Ария рассмеялась счастливым, расслабленным смехом. Я не мог рассказать ей о Фабиано. Теперь у нас была своя семья. Маттео дунул Марселле в живот, и она захихикала еще громче. Я никогда бы не подумал, что могу любить чей-то смех так же сильно, как смех Арии, но Марселла принесла мне такое же чувство удовлетворения. Я снова взял Марселлу и прижал к груди. Ее маленькая ручка прижалась к моему рту, и она широко улыбнулась беззубой улыбкой, когда я поцеловал ее ладонь.

Большую часть жизни я думал, что нет ничего лучше криков агонии моих врагов. Каким же дураком я был!

Глава 28

6 лет спустя

Ария

– Нет! — закричал Амо, топнув ногой. Он поднял ботинки и швырнул их через всю комнату. Для трёх годов он уже был высоким и мог спокойно отбросить маленького ребенка.

— Мы не выйдем на улицу, если ты не наденешь обувь, — сказала я, подавляя вздох.