***

Рождество мы провели в нашем пляжном домике, как и два предыдущих года. Несмотря на холод, мы любили прогуливаться по пляжу. Для Кассио это был способ на пару дней отвлечься от груза своих обязанностей. Когда он был дома, кто-то всегда чего-то от него хотел. Вот в чем состояла проблема, если ты был Младшим Боссом. Папа всегда поручал ему большую часть работы. Кассио предпочитал все контролировать.

Симона и Даниэле украшали рождественскую елку, а я готовила рождественский ужин для всей семьи. Лулу зависла рядом со мной, надеясь, что кусочек бекона упадет на пол. Это стало традицией, когда сестры Кассио и их семьи, а также его родители приходили к нам, празднуя это событие. Мои родители не хотели ездить зимой на большие расстояния, поэтому мы всегда навещали их в Балтиморе после Рождества.

У меня был особенный рождественский подарок для Кассио, который я подарю ему, как только мы останемся одни. Подарочная коробка, наполненная милой одежкой со словами «Привет, папа», затычками для ушей, Адвилом и средством для чистки ковров в шутку за тот единственный раз, когда Симона сорвала свой подгузник и помочилась на ковер в нашей гостиной после того, как съела красную свеклу. Это был незабываемый момент, когда ковер не выжил. Очевидно, свеклу было труднее очистить, чем кровь.

Я не могла дождаться его реакции.

Когда я не пила вино во время ужина, Мия бросила на меня понимающий взгляд, и Кассио тоже, казалось, быстро сообразил, что к чему. Но больше всего меня беспокоило нетерпеливое выражение лица Мансуэто. Он сдержал свое обещание и больше не упоминал о тесте на отцовство, но его молчание не означало, что это не было у него в голове. За последние несколько месяцев его здоровье резко ухудшилось. Ему необходима была инвалидная коляска, и он сильно похудел. Получение наследника, который был бы его кровным родственником, возможно, было бы одной из последних вещей, которые он хотел бы совершить в своей жизни.

Кассио

Еще до того, как Джулия сделала мне Рождественский подарок, я знал, что она беременна, и не только потому, что она не пила вино. В последние две недели она вела себя совсем по-другому. Небольшие изменения. Время от времени она прикасалась к своим грудям, будто они болели. Утром она тоже чувствовала себя не очень хорошо. Я никогда не спрашивал, потому что хотел дать ей время смириться с этим.

Конечно, все остальные тоже подхватили это во время ужина. Джулия всегда пила бокал белого вина за едой. Прежде чем отец и мать ушли, он отвел меня в сторону. Я знал, что сейчас произойдет.

— Тебе следует подумать о том, чтобы сделать тест на отцовство прямо сейчас. Твой нерожденный ребенок этого заслуживает.

— Что это должно означать? — хрипло прошептал я. Даниэле и Симона прощались со своими кузенами и были слишком далеко, чтобы что-нибудь услышать.

— Если это мальчик, то он может стать твоим истинным наследником.

— Эта дискуссия окончена.

— Я уже стар. Не знаю, сколько мне ещё осталось…

— Вот почему ты не должен разрушать наши отношения сейчас.

Отец кивнул и жестом велел матери выкатить его из дома.

Джулия с беспокойством наблюдала за мной. Я натянуто улыбнулся ей. Ей не нужно было знать об этом.

Когда позже в нашей спальне я открыл коробку от Джулии, то почувствовал себя немного ошеломлённым, хотя и знал, что там обнаружится. Мне было сорок лет. После смерти Гайи я был уверен, что никогда больше не стану отцом, и вот теперь я здесь.

— Я беременна, — прошептала она, когда я на несколько секунд замолчал.

Я нежно обнял ее и поцеловал в сладкий рот.

— Это было быстро, — в моем голосе звенела гордость.

Джулия закатила глаза.

— Мы так усердно тренировались все эти годы, что твои пловцы практически готовы к олимпийскому золоту.

Даже после всех этих лет сообразительность Джулии часто заставала меня врасплох.

— Иногда я просто не знаю, что с тобой делать.

Она поджала губы.

— Поцеловать меня?

Я так и сделал, а потом отстранился.

— Может, мы скажем Симоне и Даниэле завтра?

Джулия колебалась.

— Уверена, они будут счастливы.

Они приняли Джулию как свою мать. Даниэле почти никогда не упоминал о Гайе, а Симона вообще ничего о ней не помнила. Беспокойство промелькнуло на лице Джулии, и я понял, что она не беспокоилась о том, что наши дети не примут ребенка — до моих необдуманных слов.

— Ты колеблешься не поэтому.

— Нет, я просто подумала, что нам следует подождать еще несколько недель. Не хочу, чтобы что-то случилось, — она внимательно посмотрела мне в глаза. — Они ведь будут счастливы, правда?

— Конечно. Тогда у них появится кто-то ещё, кого можно будет мучить.

Эти двое иногда были похожи на кошек и собак, особенно теперь, когда они стали старше, а Даниэле старался казаться крутым.