По ее бледной коже пробежали мурашки, и я проследил за ними взглядом до распахнутого халата и ночнушки.

— Сейчас зима.

Это было совершенно излишне, но было уже поздно, и близость Джулии затуманила мне мозги.

— Ответь на мой вопрос, что-то случилось?

Она неуверенно улыбнулась.

— Ничего не случилось, Кассио. Но я хочу быть здесь, когда ты возвращаешься с работы. Разве не так должно быть?

Я вытаращил глаза. С тех пор как я съехал с родительского дома, меня никто не ждал, а если и ждал, то только для того, чтобы сообщить плохие новости.

— Ты не должна чувствовать себя обязанной дожидаться меня. Я много работаю, — я прижал ладонь к ее пояснице и подтолкнул к лестнице. — Давай уложим тебя в постель.

— Я не ребенок, Кассио.

Собака последовала за нами, когда Джулия ступила на лестницу. Я преградил ей путь.

— Почему она не заперта в своей комнате? Наверх она не попадёт.

— Она больше не останется в той комнате.

Мои брови поползли вверх. Джулия стояла на первой ступеньке, так что ее глаза были почти на одном уровне со мной.

— Я и не подозревал, что принял такое решение.

— Ты нет, а я да.

Я схватил ее за бедро.

— Я хозяин этого дома.

Боже, этот сладкий клубничный аромат сводил меня с ума.

— Неужели ты думаешь, что я буду спрашивать у тебя разрешения на каждую мелочь? Я могу справиться с Лулу, так что позволь мне сделать это.

— Она не пойдет наверх, — твердо сказал я.

Она кивнула и отдала собаке приказ. К моему удивлению, Лулу поспешила обратно в гостиную.

— У нее там корзинка. Это должно быть ее безопасным убежищем.

Покачав головой, я поднялся по лестнице. Я был слишком измотан для этой чепухи. Джулия тихо последовала за мной, но я практически чувствовал, что ей нужно поговорить. Мы вошли в спальню, и я закрыл дверь.

— Как все прошло с моими детьми?

— Хорошо. Я съездила с ними по магазинам. Мы начинаем узнавать друг друга. Я пытаюсь стать их другом…

— Им не нужен друг. Им нужна фигура матери. Они нуждаются в руководстве и в ком-то, кто укажет им путь.

— Если бы это было все, что им нужно, я бы тебе не понадобилась, раз уж ты так хорошо умеешь руководить, — сказала она.

Я остановился, пораженный ее дерзостью. Большинство людей выказывали мне уважение, не заставляя меня ничего делать, но Джулия продолжала бросать мне вызов самым возмутительным образом.

— Пойду приму душ. Ложись в постель и постарайся уснуть.

Я не стал дожидаться ее ответа и скрылся в ванной. Я не торопился ложиться спать, надеясь, что Джулия к тому времени уже заснет. Она хотела узнать меня получше. Я не был уверен, что хочу этого.

Когда я вышел, Джулия стояла у окна. Я подавил вздох.

— Почему ты не в постели?

Она издала короткий недоверчивый смешок.

— Потому что мне кажется, нам нужно поговорить. Мы женаты.

— Я не вижу, о чем нам нужно говорить.

Она протопала ко мне, остановившись так близко, что клубничный запах снова затопил мой нос.

— О многом. Я хочу, чтобы этот брак сработал, но этого не произойдет, если мы не будем проводить время вместе. Ты всегда обычно так поздно возвращаешься домой?

— Да, часто. Я Младший Босс, Джулия.

— Мой отец Младший Босс, как и многие мои дяди, и поверь мне, у них есть более чем достаточно времени, чтобы тратить его на гольф или на своих любовниц.

Смех застрял у меня в горле, но я подавил его.

— Моя трудовая этика сильно отличается от их.

— Как твоя жена, я имею право выдвигать требования, чтобы этот брак мог сработать, и я прошу тебя возвращаться домой к ужину, чтобы мы с детьми могли провести время с тобой.

Я снова разозлился, хотя в глубине души мне было приятно, что она хочет проводить со мной время.

— Этот брак является одним из удобств.

Глаза Джулии вспыхнули.

— Полагаю, тебе очень удобно иметь меня в качестве няни и для твоего личного удовольствия, не обременяя себя разговорами со мной.

Она приводила меня в бешенство. Я притянул ее к себе, мои губы были так близко, что на мгновение я почти забыл о себе.

— У нас был секс один раз, девочка, так что фактор удовольствия в нашем браке был очень ограничен, и что касается твоих качеств няни, я не уверен.

Ее нос задрался вверх.

— Тогда верни меня моим родителям, если я не удовлетворительна. Разве ты не обговаривал возврат в сделке?

— Только через мой труп, — прорычал я и рывком прижал ее к себе. Я резко поцеловал ее, теряясь в этой забытой богом сладости, лишившая меня чувств. Я не мог контролировать себя рядом с ней. Не хотел этого делать.

Вспомнив о своем обещании, я вырвался из ее объятий и отступил на несколько шагов. Я бы не стал ее принуждать.

— Этого не должно было произойти.

Лицо Джулии вспыхнуло.

— Почему нет?