Когда я завернула за угол возле автобусной остановки, Алек уже ждал меня, нетерпеливо постукивая ногой. Его глаза осмотрели меня с головы до ног. Он бросился ко мне и схватил за плечо, заставив вздрогнуть. Сдвинув в сторону мою разорванную футболку, он проверял место, которое я ушибла при падении. Кончики его пальцев нежно проследили за местом ушиба. На коже уже расцветало синеватое пятно. Листья не так хорошо смягчили мое падение, как я думала.

— Ты в порядке? — спросил он, убирая волосы с моего лица и задерживаясь на щеках.

Его ладони были теплыми и шершавыми.

— Да.

Он медленно убрал руки.

— Что, черт возьми, произошло? Ты выглядишь так, будто подралась с медведем.

Я облокотилась на уличный знак, пытаясь снять вес с ног.

— Я пыталась поймать своего преследователя. Он снова наблюдал за моим окном.

В его глазах промелькнуло недовольство.

— Тебе не следовало идти за ним. Ты не можешь делать все в одиночку! Это слишком опасно.

— Если бы не твое дурацкое сообщение, я бы его поймала. Я была так близко, пока ты не напугал меня.

Мышца на его челюсти дернулась.

— Есть новое развитие событий.

— Что ты имеешь в виду? — прошептала я.

— Патологоанатомы СЭС исследовали тело Мэдисон и обнаружили нарост…

— Она была больна?

— Нет. Беременна.

— Йейтс отец? — спросила я.

— Мы не знаем. Но у неё был небольшой срок. По оценкам патологоанатомов, всего четыре или пять недель. Вполне возможно, что Мэдисон еще даже не знала о положении.

Странная уверенность пронзила меня насквозь.

— Нет. Она знала. — Алек поднял брови, и я продолжила: — Я думаю, что именно по этой причине она встретилась с Йейтсом на озере. Он сказал, что они хотели поговорить.

— Так ты думаешь, она хотела рассказать ему об этом?

Я сделала паузу. Йейтс вел себя странно, когда я говорила с ним о причине их встречи.

— Я не уверена. Думаю, он мог знать о беременности. Может, они хотели обсудить свои возможности.

— Наверняка Йейтс хотел, чтобы она сделала аборт, — сказал Алек.

— Я спрошу его об этом. Быть может, я смогу вытащить это из него.

— Я не хочу, чтобы ты снова оставалась с ним наедине.

— Подойду к нему завтра в школе. Просто притворюсь, что внезапно вспомнила о беременности.

Алек нахмурился.

— Хорошо. Но есть еще кое-что.

Ещё кое-что?

— У меня был разговор с Майором, и мы согласны, что помимо Йейтса, Девон наш главный подозреваемый.

— Девон? Ты шутишь?

— Сегодня, когда он должен был быть на тренировке по борьбе, я видел, как он крался вокруг мест, где были найдены последние два тела. Не знаю, что он там делал, но он определенно что-то искал.

— Но зачем ему возвращаться на место преступления? Может, он пытается раскрыть дело? В конце концов, на его сестру напали. Или, может, он просто бегал трусцой.

— Он был там не для пробежки, и не думаю, что он расследует дело. Он пошел именно в те места, где были найдены тела. Что он мог там найти после того, как полиция уже несколько раз обыскала это место? — он сделал паузу. — Иногда убийцы возвращаются на место преступления, потому что это дает им толчок. Это порыв. И что еще более важно, он знал точное место обнаружения тела Мэдисон. Полиция никогда не раскрывала точного местоположения.

Девон с ямочками на щеках был убийцей?

— Это смешно. Девон любит свою сестру.

Я не могла сдержать себя, чтобы не начать защищаться.

Алек сузил глаза.

— Ты не должна позволять им залезть к тебе в душу. Ни Девону, ни остальным членам семьи Чемберс, ни друзьям Мэдисон. Это работа. Не поддавайся эмоциям.

Я так устала это слышать. Я отвернулась, мои мышцы налились тяжестью и болели.

— Ты почти ревнуешь к Девону.

— С чего бы мне ревновать? — холодно произнёс Алек. — Никогда не оставайся наедине с Девоном или Йейтсом. Я серьезно, Тесс.

— Ты даже не сказал мне, зачем Девону убивать этих людей. У него нет мотива.

— Мы выясним, но до тех пор не теряй бдительности.

Разве я теряю бдительность? Устало кивнув, я повернулась и пошла обратно домой. Через две минуты я подошла к дому, как раз, когда машина свернула на улицу. Линда и Рональд.

К счастью, мне удалось проскользнуть внутрь, прежде чем они меня заметили. Но Девон загнал меня в угол в прихожей.

— Что это, черт возьми, было? — шипел он.

Его глаза пылали гневом, и я ощутила нервозность. Но также внезапно его ярость исчезла, сменившись мягкостью и беспокойством.

— Иди в свою комнату, пока мама с папой не зашли. Ты выглядишь так, будто побывала в передряге. Если они увидят тебя в таком виде, то испугаются. — он покачал головой. — Ты действительно должна мне все объяснить, Мэдисон.

Это единственное, чего я не могла ему дать. Не после слов Алека.