— Если хочешь победить своего противника, особенно если это другая Вариация, ты должна использовать свою. Это даст тебе преимущество и сделает твои приемы неожиданными, а тебя опасной.

Алек прав. Сейчас не время для сдерживания.

— Хорошо, давайте попробуем еще раз, — сказала я, мой голос оказался более твердым, чем я ожидала.

Холли снова стала невидимой. Я попыталась отследить ее движение по звуку, но все было бесполезно. Таннер надвигался на меня, в который раз не улыбаясь. Он сжал руки в кулаки, когда я сделала шаг назад. Внезапно он остановился, как раз в тот момент, когда в меня полетел мяч. С хрипом я упала на колени. Мяч пролетел мимо моей головы в нескольких сантиметрах. Я подняла голову в недоумении.

— Может, тебе стоит использовать предметы, которые не убьют Тессу, если попадут в нее, — нахмурившись, произнёс Алек.

Я вскочила на ноги и бросилась к Таннеру. На его лице мелькнула ухмылка, но она быстро исчезла, когда я ударила его кулаком в живот. Он отбил два моих следующих удара, и я отступила, обдумывая новую тактику. Ощутив нападение со спины, я отпрыгнула в сторону.

— Холли?

Она не выдала себя. Таннер схватил меня за руку, но я выскользнула из его хватки. Он ударил меня по ногам в попытке заставить меня споткнуться. Еще один мяч полетел ко мне на уровне живота. Будет больно. Я бросилась прочь, но эта дурацкая штука продолжала преследовать меня.

Используй свою Вариацию, сказала я себе. Пульсация пронзила тело, и я сжалась, спотыкаясь, и направилась к Таннеру. Его лицо дрогнуло, когда он увидел меня — теперь в теле девочки из торгового центра, которой было не больше пяти лет. Мяч замедлился. Бросившись к нему, я упала на колени и укусила его за икру. Он отпрянул назад с воплем и приземлился на задницу. Я ухмыльнулась, возвращаясь к себе. Кто-то врезался мне в спину. Упав на пол рядом с Таннером, я повернулась и увидела Холли, которая начала медленно материализовываться.

Я застонала. Снова поражение.

— В этот раз было лучше, — сказал Алек. — У Таннера возникли сомнения по поводу нападения на маленького ребенка. Это хороший способ использовать Вариацию. Если ты сможешь отвлечь противника, вызвав жалость к себе, то получишь преимущество над ним — которое ты использовала на полную мощность.

Таннер потер икру в том месте, где я оставила отпечаток зубов.

— Ты бы так не говорил, если бы она тебя укусила.

Я подавила смех.

— Но ты снова позволила себе отвлечься, Тесс. Ты забыла о Холли, потому что была слишком занята злорадством, — сказал Алек.

Мои щеки горели, но я не пыталась защищаться. Вместо этого я поднялась на ноги и произнесла:

— Я хочу попробовать еще раз.

В течение следующих нескольких дней мы с Алеком встречались на тренировках дважды в день — утром перед тренировкой по бегу и после обеда. Мне разрешили пропустить обычные занятия, чтобы я могла сосредоточиться на миссии — к большому разочарованию Холли. Какими бы важными они ни были в некоторых случаях, судебная патология, профилирование ДНК и криминология мало чем помогли бы мне в полевых условиях.

К концу недели каждый сантиметр моего тела был в синяках, а я все еще не добилась значительного прогресса. По крайней мере, так я себя чувствовала. Холли, как обычно, уловила мое беспокойство. Она обняла меня, когда мы шли по коридору.

— Мне страшно, Холли, — сказала я дрожащим голосом.

Я не любила признаваться в слабости, но мне просто необходимо с кем-то поговорить.

Она сжала мое плечо.

Уголком глаза я заметила, как Алек вошел в комнату Кейт. Это зрелище последнее, в чем я нуждалась. Мне хотелось, чтобы он провел время со мной и отвлек меня от забот. Теперь я представляла, как они будут заниматься этим всю ночь.

— Не понимаю, почему он волнуется ею, — сказала Холли, проследив за моим взглядом.

— Может, она хороша в постели, — злобно пробормотала я.

Мне не нравилась эта сторона меня, но ревность все время давала о себе знать.

Мы вошли в нашу комнату, и я плюхнулась на кровать, вдыхая свежий запах подушки.

Матрас прогнулся, когда Холли легла рядом.

— Это из-за миссии или из-за Алека?

Я так часто ныла ей об Алеке, что не было ничего удивительного в том, что Холли решила, что причина моей вспышки — он. И хотя отчасти это было связано с ним, миссия стала поглощать все мои мысли. Я хотела насладиться тем небольшим временем, которое у меня осталось в штабе, но беспокойство и страх, казалось, привязались ко мне.

— Что, если я провалюсь? Что, если я не вернусь, потому что меня убьют? — прошептала я.

Холли втянула воздух.

— Даже не говори об этом. Майор не послал бы тебя туда, если бы думал, что есть шанс твоей смерти.

Ее слова звучали успокаивающе, но я все еще слышала неуверенность в ее голосе.