Мои глаза расширились. Запутавшись в ситуации с Финном, я совсем забыла о фотографе. И все эти сексуальные моменты тоже запутали мой мозг. Возможно, это и было намерением Лоркана. Он держал меня слишком измотанной, чтобы я могла причинить неприятности. Болезненность между ног превратилась в постоянную боль, которая, вероятно, никогда не прекратится.

— Скажи мне!

— Пожалуйста? — От ухмылки Лоркана по моей спине пробежала дрожь, но я боролась с реакцией своего тела.

— Пожалуйста, — выдавила я из себя.

— Как и ожидалось, твоя сестра не заплатила четыре тысячи долларов сама.

— Четыре тысячи?

— Он хороший фотограф, я полагаю.

— Кто заплатил? Русский бизнесмен?

— Лоуренс был немного сдержан в своих ответах. Но да, русский бизнесмен. Нетрудно догадаться, учитывая, что Лоуренс был с ними связан.

— Ты выяснил, кто это был? Ты избиваешь людей, если они не говорят тебе то, что ты хочешь знать.

Я не могла поверить в то, что сказала, но жизнь с Лорканом брала свое.

Лоркан мрачно усмехнулся. — Ахх, милая Эйслинн. — Он провел большим пальцем по моим губам. — Твоя невинность исчезает слишком быстро.

— Теряешь интерес?

— Вовсе нет, вовсе нет.

Я сглотнула, увидев голод в его глазах.

— Так ты больше ничего не узнал?

— Как я уже сказал, Лоуренс находится под защитой Братвы. Нью-Йорк не весь мой. У Братвы и Пятилистного Клевера есть своего рода взаимопонимание. Мы не вмешиваемся в дела и территории друг друга. Китайцы создают достаточно проблем. Нам не нужен дополнительный стресс. Поэтому, даже если у меня есть много способов вытянуть из кого-то информацию, я не всегда использую свои методы. Лоуренс принадлежит Сергею, а не мне.

Я погрызла нижнюю губу. — Но мне нужно выяснить, кто этот человек. Имоджен может оказаться в их ловушке.

— И я узнаю, кто он. Не волнуйся. Мы с Шеймусом были в Содоме на встрече с боссом лаборатории по производству подделок, с которой мы намерены сотрудничать, и я поговорил с несколькими русскими знакомыми. Опять же, они не разглашают никакой информации без одобрения Сергея, но мы с ним собираемся встретиться за обедом на следующей неделе.

— На следующей неделе? Так много может произойти между этим временем и тем. Мы должны узнать больше. Ты бы просто сидел и ждал встречи за обедом с русским криминальным боссом, если бы кто-то похитил меня?

— Если бы русский похитил тебя, мир остался бы в прошлом, и я бы сделал то, что люблю больше всего… использовал бы свой железный прут, чтобы сломать как можно больше из двухсот шести костей в теле человека, чтобы узнать, где ты. Я бы убивал и пытал, пока ты не вернулась бы в мою постель. Но Имоджен — не ты, и, скорее всего, ее не похищали. Несмотря на свою скрытность, Лоуренс упомянул, как уютно было русскому и вашей сестре. Она трахается с ним за деньги, и, возможно, сейчас она нежится на солнышке и сосет его член где-нибудь на Карибах. Твоя сестра не хорошая девочка. Она змея. Не нужно ее защищать.

Я не хотела в это верить, но Имоджен была Имоджен. Тем не менее, мне нужно было знать правду, какой бы она ни была. Я бы возненавидела ее, если бы она не отвечала на мои звонки, потому что была занята траханьем с русским гангстером ради денег и возможной карьеры.

Меня раздражала нетерпеливость Лоркана. Он был не против подождать неделю, как и я. Но самой обращаться к русским гангстерам казалось очень плохой идеей.

Я долго гуляла по Центральному парку, что стало привычкой за короткое время моего пребывания в Нью-Йорке, чтобы проветрить голову.

Когда я пробиралась по узкой дорожке через густые заросли деревьев в парке, позади меня сломалась ветка. Я оглянулась, но никого не увидела. Как только я прибавила темп, то почувствовала как вдруг чья-то рука зажала мне рот, и меня оттащили от тропинки. Я боролась, дезориентированная, пока не повернулась и не посмотрела в лицо Десмонду. На нем не было полицейской формы.

— Я всегда ношу гражданскую одежду. Это облегчает некоторые расследования. Он опустил руку. — Не кричи.

— Не буду, — сказала я, все еще задыхаясь от страха.

— У нас мало времени. У твоего мужа везде свои шпионы, и мне не нужна мишень на моей голове, как и тебе.

— Разве ты не в их списке мишеней из-за того, что делаешь?

— Я еще не вел никаких расследований против Пятилистного Клевера.

Я сузил глаза. — Чего ты от меня хочешь?

— Давай сразу перейдем к делу. Мы оба знаем, что ты не любишь Лоркана. Этот брак — шутка. Единственная причина, по которой ты не убегаешь далеко от своего мужа, — это твоя сестра.

Мои глаза расширились. — Моя мать позвонила в полицию. Они ничего не знали.