Мое сердце было полумертвым еще до встречи с Гретой. Учитывая все то дерьмо, которое я пережил после похищения Марселлы, все ужасы, свидетелем которых я стал и которые совершил, это был естественный ход вещей.

С ней мне казалось, что черный кусок камня в моей груди можно оживить, но сегодня все хорошее, что осталось во мне, сморщилось и умерло. — Верю. — Слово прозвучало фальшиво, и на краткий миг я позволил себе поискать Грету в толпе. Но мне не пришлось искать. Мой взгляд был притянут к ней, словно магнит соединил нас, и один взгляд в ее добрые ланьи глаза, и мое сердцебиение затихло, только ускорившись.

Я отвел глаза, надеясь, что никто не заметил моей слабости. Сегодня было не время для этого.

Когда я надел кольцо на палец Крессиды, я ничего не почувствовал. Я не улыбнулся, только встретил ее взгляд. Она сияла на меня, как счастливая невеста, которую все ждали, но ее глаза не отражали истинного счастья. В них читался триумф. Сегодняшний день ознаменовал ее победу надо мной. Я пытался сбить с нее спесь за оскорбление Марселлы, а Крессида все перевернула.

— Поцелуй меня, — шипела она, едва шевеля губами, все еще сохраняя фальшивую улыбку.

Я наклонился и прижался губами к ее губам, не потрудившись смягчить свой рот или продлить это публичное проявление любви. Раздались аплодисменты, и я выпрямился, не обращая внимания на яростный блеск в глазах Крессиды. Я сказал ей, что она получит, если мы поженимся. Любовь не была частью сделки. Если она думает, что сможет держать бразды правления в этом браке, ее ждет очень неприятный сюрприз.

Грета

Что делать, если вы встретили свою половинку не в то время?

Слова «да» резанули меня, как лезвие, покрытое кислотой.

На мгновение постоянное бормотание, вздохи, шорох одежды и сопение в церкви отошли на задний план, и я сосредоточилась только на одном.

Амо Витиелло.

Его взгляд нашел мой на долю секунды, серый, как небо во время летней грозы, прежде чем он снова повернулся ко мне.

Я сцепила пальцы, чтобы они не дрожали.

Этот день изменит меня. Я любила свою семью, свою жизнь. Я никогда не стремилась к большему, никогда не хотела покинуть уютную рутину или знакомый родной город и никогда не хотела большего, чем имела.

Пока наши пути не пересеклись и Амо не вонзил свои когти в мое сердце и душу.

Я не понимала всего, что происходит между небом и землей. Я не верила в божественное провидение или судьбу.

Родственные души?

Сладкий сон, о котором я никогда не мечтала, пока он не разрушил мой пузырь довольства. Теперь сон, которого я никогда не хотела, стал кошмаром, от которого я не могла избавиться, а тоска, которую я никогда не чувствовала, превратилась в сокрушительную потребность.

Которая никогда не будет удовлетворена.

— Я согласна, — сказала Крессида.

Маленький огонек надежды внутри меня угас, и мои руки ослабли. Как цунами, звуки окружавшей меня толпы снова обрушились на меня.

Я выросла среди жестоких людей.

Но судьба оказалась гораздо более жестокой, чем любой из них.

Амо Витиелло был моей второй половинкой…

…а теперь женат на другой женщине.

Амо

Я боялся поздравлений только по одной причине. Когда Фабиано и его семья вышли вперед, чтобы поздравить меня, я понял, что время почти пришло. Фабиано пожал мне руку с едва заметной улыбкой. Наши отношения никогда не были слишком близкими. Теперь они были отравлены.

Я полагал, что то, что мы с Невио чуть не убили друг друга, еще больше испортило ситуацию.

Даже Аврора, которая обычно была самой милой и жизнерадостной из всех, выглядела так, словно ее улыбка ей дорого стоила, особенно когда она пожала руку Крессиде. Я не был уверен, насколько близки были Аврора и Грета, между ними было три года разницы, но Фабиано практически жил под одной крышей с кланом Фальконе.

Я сглотнул, когда Римо и его жена шагнули вперед. Римо крепко сжал мою руку, его глаза сверкали предупреждением. Он наклонился вперед.

— Сегодня ты сделал правильный выбор, который спасет многих.

Моя ответная улыбка была далеко не приятной.

— Пока что.

Серафина впилась ногтями в его руку и отстранила его, но они остались рядом. Глаза Римо не скрывали его ненависти ко мне. Мы никогда не любили друг друга, но после Греты простая вражда переросла в чистую ненависть. Вонзить нож в живот его сына было одним из лучших моментов в моей жизни, но по иронии судьбы его превзошел только момент, проведенный с Гретой.

Затем каждая унция ненависти, скопившаяся внутри меня, испарилась, когда Грета вышла из-за спины отца. Я не ожидал, что она будет здесь, хотел, чтобы она не появлялась, но в истинно манере Фальконе она встретила осложнения лицом к лицу.