— Это странно. Ты заблудилась, когда в больнице начался пожар, и Флавио нашел тебя совершенно растерянной. Ты продолжаешь осматривать окрестности, как будто знаешь, что кто-то преследует тебя. Мои инстинкты говорят мне, что кто-то следит за нами. Кто-то, кто действительно хорошо умеет оставаться в тени, кто-то, кто привык подкрадываться к другим, охотиться на них. А теперь парень, который был влюблен в тебя, мертв.

— Людей постоянно грабят и убивают.

— Конечно, постоянно, — сказал он. — И все же я нахожу цепочку событий странной. Ты обещана кому-нибудь в Лас-Вегасе?

— Ты же знаешь, что нет.

— Кто-нибудь думает, что ты принадлежишь ему?

— Я не домашнее животное. Я никому не принадлежу.

Валерио просто улыбнулся, как будто я сказала что-то смешное. Я недооценила его. Его веселая натура заставляла забыть о том, кем он был в глубине души. Член мафии и сын Луки Витиелло.

— Конечно. Если ложь заставит тебя почувствовать себя лучше.

Он наконец завел машину и отъехал от тротуара. Я действительно надеялась, что он оставит эту тему. Но я не могла этого сделать. Мне нужно было узнать больше о смерти Маркуса. Проблема заключалась в том, как это сделать, не вызвав подозрений ни у полиции, ни у Витиелло.

* * *

К счастью, Грета и Амо снова были приглашены этим вечером, и я воспользовалась своим шансом побеседовать с Гретой наедине сразу после ужина.

Мы устроились на качелях на заднем дворе, подальше от посторонних глаз и ушей.

— Невио все еще в Нью-Йорке? — спросила я шепотом.

— Он не выходил на связь уже более двадцати четырех часов, так что я предполагаю, что он вернулся в Лас-Вегас.

— Или он по-своему залег на дно, — пробормотала я, а затем рассказала Грете о том, что узнала сегодня. Мой пульс участился при одном упоминании об этом, а глаза горели, как бывало каждый раз, когда я думала о своей роли в жестокой смерти невинного человека.

Она ничего не сказала, только выглядела задумчивой. Никто не знал Невио лучше, чем Грета, хотя я часто желала, чтоб на ее месте была я. Но теперь уже не так сильно.

— Грета?

Она провела изящными пальцами по юбке, изогнув темные брови в глубоком раздумье.

— Я же говорила тебе, что ты ему небезразлична.

— И это его способ показать это? Он убил невинного человека, потому что ему не понравилось, что я с ним разговариваю.

Я все еще не хотела в это верить. Я не была уверена, что моя совесть выдержит это. Как я могла рискнуть снова заговорить с мужчиной, если это означало рисковать его жизнью? Разве этот страх не был именно тем, что Невио хотел вызвать во мне, чтобы он мог контролировать меня? Но бунт не представлял угрозы для моей безопасности. Я играла жизнями других людей, и не могла этого допустить.

— Не могла бы ты, пожалуйста, поговорить с ним? Ему нужно прекратить это. Мы не пара. Он никогда не давал мне понять, что хочет иметь со мной отношения. Не ему решать, с кем мне проводить время. Я хочу, чтобы он вернулся в Лас-Вегас и держался подальше от моей жизни. Мы не встречаемся. Мы никто, даже не друзья после всего, что он сделал. Я больше не хочу иметь с ним ничего общего.

Грета вздохнула.

— Аврора…

— Не пытайся заставить меня понять его или хотя бы посочувствовать ему. Он переходит все границы. Я покончила с ним.

Грета прикусила губу.

— Я посмотрю, смогу ли я связаться с ним, а потом дам ему знать. Но я не могу обещать, что он послушает. Невио непредсказуем.

Раздвижные двери заставили нас обеих замолчать. Лука стоял в дверном проеме, и мой желудок сжался. Что-то в его лице подсказало мне, что я в беде.

— Мне нужно поговорить с тобой, Аврора.

Я встала с качелей. Грета бросила на меня обеспокоенный взгляд. Она боялась, что я разоблачу Невио?

Если бы на горизонте не маячила война, я бы, возможно, так и поступила. Он заслуживал наказания. Всю жизнь его поступки не имели последствий, и теперь за них должен был расплачиваться невиновный.

Я последовала за Лукой в его кабинет, где меня ждали Маттео, который также был на ужине с Джианной и Изабеллой, и Валерио. Я предположила, что Амо тем временем попытается вытянуть информацию из Греты.

Я неуверенно улыбнулась им.

— Я что-то натворила?

— Садись, — сказал Лука, указывая на стул слева напротив них, как будто я была перед инквизицией.

Нервы скрутили мой живот, когда я опустилась. Я не беспокоилась за себя. Худшее, что могло со мной случиться, это то, что Лука отправит меня обратно в Лас-Вегас, и хотя я еще не была готова к этому, это не было бы ужасно.

— Валерио рассказал нам об убийстве человека, с которым ты поддерживала контакт.

Я покраснела.

— Я покупала кофе в кофейне, где он работал, и Валерио или Флавио тоже всегда были там.