Недалеко от меня послышался тихой глухой удар, а за ним последовала серия витиеватых ругательств. Если бы не уверенность в том, что меня вырвет, если я скажу хоть слово, я бы даже посмеялась над таким красноречием. В тот момент я не смогла вспомнить его имя, но отметила, что обычно он не склонен к таким вспышкам. По какой-то причине ситуация показалась мне невероятно смешной, хоть это и было не так.

Голова внезапно взорвалась такой болью, словно тысячи игл одновременно вонзились в мозг. Я застонала, но от этого стало только хуже.

– Где больно? – спросил он слишком громко. Я попыталась отмахнуться, но демон был чрезвычайно настойчив. – Сосредоточься, ведьма. Она тебя укусила?

– Отстань.

Пальцы ощупали мою голову, горло и замерли в районе декольте. Каким-то образом мне удалось повесить корничелло на шею. Он перевернул меня на бок, и я чуть не потеряла сознание, накатила очередная волна боли, но принца явно не волновали мои страдания, возможно, ему это даже нравилось. Я смутно вспомнила, как ненавидела его, и теперь осознала почему.

Он замер меньше чем на долю секунды, а затем послышался звук разрывающейся ткани. По спине побежал мороз, холодный воздух коснулся раны, и вспышка боли буквально ослепила меня. Наверное, я закричала.

– Дерьмо.

Уверенные руки подняли меня, прижимая к телу, будто сделанному из стали. Мягко и грациозно он двинулся вперед, и это было хорошо, ведь если бы он хоть чуть шатался на ходу, меня бы точно вырвало. Вряд ли ему бы это понравилось.

Ветер трепал мои волосы. Мы углублялись в городские улицы с невероятной скоростью. В какой-то момент я попыталась осмотреться, но тут же пожалела, что совершила эту ошибку, и вновь уткнулась в его теплую грудь, прикрыв глаза. Боль вытеснила из моего сознания все прочее.

– Мы почти на месте.

Мои зубы стучали. Я не знала, куда мы пришли, но надеялась, что там найдется очаг и одеяло. Холод распространялся по телу, всепоглощающий и жуткий. Меня охватило ужасное чувство, словно мне никогда не удастся согреться. Хотя день выдался действительно жарким. Холод и онемение медленно распространялись по ногам. Хлопнула дверь. Я смутно поняла, что он взбежал по ступеням, а затем опустил меня на мягкий матрас.

Вокруг раздались крики и приглушенные голоса, их было сложно различать. Я услышала плеск воды в раковине, а затем ощутила знакомый запах дыма и вздрогнула. Где-то глубоко я помнила, что означал дым. Опасность.

– Не волнуйся, – произнес другой голос, мужской, незнакомый, – он знает, что делать, и скоро вернется.

Я была так плотно закутана в одеяло, что едва могла дышать. Должно быть, я вздрогнула, и тут же мне на лоб легли теплые ладони.

– Шшшш. Не сопротивляйся, от этого яд распространяется быстрее.

Время сузилось в тоненькую ниточку, на которую одну за другой нанизывались секунды неумолимой агонии. Сердце билось так громко, что отдавало в голове. Время шло. Боль не утихала. Затем я услышала треск огня и вновь ощутила запах дыма. Он вернулся, и я попыталась открыть глаза.

– Я помогу, но ты должна дать мне разрешение. Можно?

Я попыталась кивнуть, но едва могла шевельнуться. Он присел рядом, коснулся руками моего лица и повторил вопрос. В этот раз он заметил мое едва уловимое движение. Охватившая меня волна паники начала стихать, когда он мгновенно взялся за дело.

– Считай круги, но не прерывай нас, чтобы не случилось, – отрывисто крикнул он кому-то, кого я не видела. Паника вернулась. Круги? Неужели мы в Аду? Он снова поднял меня на руки, за нами закрылась дверь, и голос его зазвучал значительно мягче.

– Нам обоим нужно погрузиться в воду, хорошо? – Я попыталась сказать «да», но оцепенение уже охватило мое горло. Впрочем, он прочел ответ на моем лице и прошептал: «Надеюсь, ты проживешь долгую жизнь, полную ненависти ко мне».

Затем я ощутила тепло, словно мы плыли на облаке в солнечных лучах. Он прошептал мне в ухо несколько слов на языке, которого я не понимала. Последнее, что я почувствовала – его губы на моей коже. Дальше – темнота.

– Пей.

Больше всего на свете я хотела пить, но не могла. Он запрокинул мою голову, раскрыл губы и влил в рот какой-то нектар. Тот оказался таким густым и сладким, что я едва не подавилась и хотела выплюнуть его, но давно потеряла способность двигаться.

По моей щеке покатилась слеза, но сильные пальцы смахнули ее. Раздался плеск воды, и меня охватило тепло иного рода. Мягкие нежные губы встретились с моими. Это был шепот, обещание, нерушимая клятва. Боль начала стихать, и я почувствовала себя как дома. Думаю, я хотела большего, но была отвергнута… Он лишь тихо произнес заклинание, слова которого мне были незнакомы. Вспыхнул яркий свет, и именно тогда для меня начался настоящий ад.

Тихий звук пробудил меня от худшего в жизни кошмара. Я приоткрыла один глаз, не переставая дышать глубоко и ровно. Я лежала в ванне и не помнила, как туда попала.

В голове начали вспыхивать разные образы, то ли обрывки сна, то ли воспоминания.

Татуировка в виде серебристой змеи на руке опоясывала меня в знак поддержки, а не обладания. Гнев прошел вместе со мной весь этот кошмар, сроднился со смертью и отнял меня у нее.