― Если… когда-нибудь она скажет, что не хочет, чтобы… ее обнимали или любили, просто… иди к ней, ― высказанные вслух, слова прозвучали глупо, не так, как в мыслях. ― Неважно, что она тебе скажет. Если ей будет кто-то нужен, будь им.

― В этом я подвел тебя, верно?

Айден покачала головой.

― Ты никогда меня не подводил. Я просто до этого не знала, чего хочу.

Глава 24

Когда Айден вернулась в комнату, Кейн уже оделся. При виде него у нее быстрее забилось сердце, и она остановилась, прижав пальцы к груди и чуть поглаживая там, где внезапно расцвела боль.

Никогда еще ее сердце не билось так сильно.

Преодолев пространство между ними, Кейн поднял ее на руки и прижался губами к ее губам, будто разгадал секрет, как остановить время. Игривое рычание зарокотало в его груди, когда он улыбнулся, не разрывая поцелуй.

― Как ты себя сегодня чувствуешь? ― спросила она, чтобы отвлечься от меланхолии собственного поцелуя.

― Если не считать голода, то очень даже неплохо. На самом деле, чертовски здоровым для мертвеца, ― он усмехнулся.

На нее нахлынула печаль, и она склонила голову, пытаясь скрыть взгляд от Кейна.

― Эй, ― он погладил Айден по щеке. ― Я ничего такого не имел в виду. Просто немного черного юмора.

Она выдавила из себя улыбку.

― Мне все-таки не придется убивать тебя, халфлинг.

― Это почему же? ― подозрительность в его голосе заставила ее нервничать.

«Убеди его».

― Оказывается, для таких, как ты, есть лекарство.

― Какое?

― Которое может остановить последствия укуса, ― она, наконец, подняла взгляд и увидела недоверие в его глазах. ― У тебя, конечно, останутся некоторые гены ликанов, но полностью в волка ты не превратишься.

Кейн покачал головой.

― Нет. Что-то здесь не так. Почему ты только сейчас мне об этом говоришь?

«Потому что ты дал мне причину».

Она посмотрела в окно мимо него. Солнце превратилось в обычную серую дымку на фоне мрачных мыслей, бесцельно и медленно проплывающих в ее голове.

― Потому что беспокоюсь о побочных эффектах и о том, что они с тобой сделают.

― Чушь.

Айден опустила веки.

«Что, черт возьми, ему сказать?»

Она открыла глаза и увидела, что он смотрит на нее, прямо в душу.

― Мне придется вести переговоры с Алекси, чтобы получить его.

― Нет. Нет, нет, ― его руки разжались, размыкая объятия. ― Я не позволю тебе сделать это. Я сейчас же, бл*дь, вырежу себе сердце, ― он пошел к двери.

Она схватила его за запястье.

― Куда это ты идешь?

― Поискать что-нибудь острое. Хочешь мне помочь?

― Гэвин пойдет со мной. Он достаточно силен, чтобы уничтожить всю армию Алекси, если Уэйд попытается что-нибудь провернуть, ― это была ложь, но лучше так, чем правда.

Уэйд часами будет испытывать на ней свои методы пыток. И никогда не даст ключа к ее прошлому на случай, что у нее появится шанс сбежать. Взяв с собой Гэвина, она лишится возможности обойти Уэйда. Нет, прежде чем генерал хоть что-нибудь откроет ей, Айден придется снова заставить его думать, что она принадлежит ему.

Кейн упер руки в бока и наклонил голову.

― Ты думаешь, я настолько глуп, чтобы поверить, что он просто собирается передать тебе лекарство? Что взамен, Айден?

― Взамен, — она заставила себя ровно произнести эти слова, ― это будет наш последний день вместе.

Он шагнул ближе, возвышаясь над ней.

― Тогда убей меня сейчас же.

― Что? ― в голосе послышалось неверие, словно земля ушла у нее из-под ног. ― Зачем тебе это нужно?

― Потому что я лучше буду гнить в аду со сладкими воспоминаниями о прошлой ночи, чем просыпаться каждый день, зная, что ты заняла в нем мое место.

― Не будь смешным, Кейн, ― ей пришлось отвернуться, чтобы не расплакаться. ― После всего тебе придется вернуться к своей жизни. Дому. Воспоминаниям. Ты найдешь хорошую женщину, женишься.

Он схватил ее за руки и опустился на колени, глядя ей в глаза.

― Айден, нет ничего, ничего в этом мире, чего бы я сейчас хотел больше, чем тебя. Даже еще один день. Только не за твой счет.

― Не будь эгоистом, ― в твердом тоне голоса отразилось ледяное ощущение, пробежавшее по кровотоку. ― Как насчет того, чего хочу я? Ты думаешь, сейчас я могу заставить себя убить тебя?

Он выпрямился.

― Я уже договорился о своей смерти.

― Что? ― вопрос прозвучал почти со смехом. ― О чем ты говоришь?

― Я ходил к Логану сегодня утром, ― он поджал губы. ― Он согласился сделать это, чтобы тебе не пришлось.