– Понятно. – Очередная пауза, а я все равно не могу на него посмотреть. – Твое возвращение в этот город, продажа компании и мистер Кинг имеют отношение к тому, что ты порвала с Колином?

Я не отвечаю.

– Ого, а вот теперь я и в самом деле заинтригован.

– Не стоит. Он всего лишь мужчина, который хочет компанию – в частности, этот завод. У него есть на то причины, и он поступит справедливо.

– Я не хочу оставлять тебя с ним одну, если ты его боишься.

– Я не боюсь.

– Си. – Райан берет мои руки в свои и поворачивает к себе лицом. – Ты дрожишь.

– Здесь холодно.

Райан прищуривается, ни на йоту мне не поверив.

– Просто прошло много времени.

– Уверена, что справишься?

Нет.

– Да. Райан, пожалуйста, окажи любезность и оставь меня на минутку одну.

Он мешкает, но я качаю головой.

– Клянусь, я в порядке.

– Ладно.

– Спасибо.

Когда дверь закрывается, я поворачиваюсь к окну и смотрю на деревья по ту сторону стекла.

Более шести лет молчания – и это все, что я получу? Годы отвержения, и он ждет, что я передам ему компанию без борьбы? Его наглая выходка только разжигает остатки злости. Я понимаю его неприязнь к Роману и ко мне, но этот поступок лишь наносит новые травмы к и без того смертельной ране.

Долгие годы отец присваивал себе благосостояние города, и его жителям сам бог велел дать отпор. Тобиас всегда собирался быть тем, кто вернет жителям счастье. Тогда я была слишком юной, не видела общей картины, но его планы не поменялись. Правосудие в небольшом городке всегда было его подходом к корпоративной войне.

И я даже не могу держать на это обиду. Это блестящий ход. Начиная с союза, который сформировался, когда они были всего лишь подростками, и заканчивая горькой победой сегодняшнего дня. Похоже, Тобиас воплотил в жизнь каждый свой замысел.

Каждый.

Наконец-то настал день его расплаты. И, по иронии судьбы, я буду той, кто вручит ему победу.

Но только после того, как добьюсь справедливости.

Когда спустя несколько минут дверь открывается и закрывается, я продолжаю смотреть в окно, чувствуя, как он нерешительно застывает в метре от меня.

– Ловко, Тобиас, но ты должен был понимать, что я узнаю.

Тишина. Затяжная минута молчания. Я чувствую на себе его взгляд, спину покалывает от осознания, а сердце трепещет в груди.

– Меня это не волновало. – Тембр его голоса в сочетании с отчетливым акцентом вынуждают меня закрыть глаза, а сердце забиться в бешеном ритме. Много лет мне снился его голос, и много лет я вспоминала его тихий шепот во время наших интимных мгновений.

– Так почему ты не пришел?

– В этом не было необходимости.

– Хочешь сказать, что я не достойна рукопожатия? Или хотя бы легкого злорадства с твоей стороны?

– В злорадстве нет надобности. Мне прекрасно знакома твоя позиция отказывать мне в нем. Но компания отца тебя никогда не интересовала.

– Почему сейчас? Почему ты так долго ждал?

– Сомневался, что по-прежнему ее хочу.

– И что изменилось?

– Ничего, кроме решения, что все же хочу.

Несмотря на цель сделать собственную карьеру, я не притрагивалась к активам Романа с тех пор, как их унаследовала, поскольку компания мне никогда не принадлежала, сколько бы зла я на него ни держала.

– Это должно было случиться еще много лет назад. Что произошло? Ты пожалел умирающего старика?

– Планы изменились.

Тихо вздохнув, я поворачиваюсь и впервые за шесть лет смотрю на него. Когда мы встречаемся взглядами, в грудь словно выстреливают, и у меня перехватывает дыхание. За считаные секунды я оказываюсь объята пламенем. Мои губы приоткрываются, и мы смотрим друг на друга, не находя слов.

Тобиас мучительно красив, каким был всегда, только теперь стал еще привлекательнее. В этом несовременном кабинете он сильно выделяется. Его фигуру облегает темный костюм, Тобиас такой же величественный, что и много лет назад, когда я касалась ладонями его обнаженного тела, дыша в унисон.

Ни одно мое воспоминание о нем не воздает ему должное. Он завораживает от бесподобного янтарного цвета глаз и линии подбородка до аристократичной формы носа и алых губ. И стоит мне разглядеть огонь в его взгляде, по которому я тосковала каждым ударом своего вероломного сердца, как он тут же гаснет, а потом он проходится по моему телу взором, острым точно алмаз.

– Как вижу, нас ждет откровенно враждебный прием. А я полагала, что этот день для тебя станет удачным. Праздником. Ты выиграл, Тобиас.

– Ничего я не выиграл. – От его тона по спине бегут мурашки.

– У меня все хорошо. Спасибо, что спросил. – Я делаю к нему шаг, чтобы принять бой, и он застывает. – Ты вернешь им компанию?

Резкий кивок.

– Они ее заслужили. Я не стану тебе в этом препятствовать.