— Что, если я выиграю? — я уклоняюсь, внутренне крича на себя.

— То, чего ты хочешь больше всего… — Мои глаза скользят по его члену, и Кензо смеется еще громче. Мне следовало бы взять эту бутылку воды и затолкать ее в его очаровательное гребаное горло. Но затем его следующие слова заставили меня оживиться и забыть о том, чтобы заткнуть змеиное глубокое горло бутылкой. — Получишь свободу.

Устремляю на него свой взгляд.

— Ты издеваешься надо мной.

— Я мог бы, или, может быть, я просто уверен, что выиграю. — Кензо пожимает плечами, наблюдая за мной своими темными глазами.

— А что же ты выигрываешь? — спрашиваю я, испугавшись, что если это мой приз, то его — что-то похуже.

Кензо наклоняется ближе, отбрасывая всякое притворство обаяния. Голодные глаза Кензо опускаются к моим губам, затем к моему телу, лаская взглядом каждый дюйм меня и заставляя меня почти дрожать от желания.

— Тебя, — почти хрипит он.

Твою же мать.

Трахнись на палочке.

Почему моя киска сжимается?

— В какой игре? — спрашиваю я, и мой голос звучит более задыхающимся, чем мне бы хотелось.

— Покер, — отвечает он, и я фыркаю.

— Черт возьми, нет, ты гребаный букмекер. Держу пари, у тебя это потрясающе получается. — Я закатываю глаза.

Кензо вздыхает, но эта ухмылка снова играет на его губах.

— Не единственное, в чем я хорош… но ты умна, дорогуша. Хорошо, выбирай сама.

Я бегаю глазами по квартире, пытаясь придумать что-нибудь, что угодно, в чем я могла бы обыграть этого человека, эту Гадюку, которая находится прямо рядом со мной, свернувшуюся кольцом, чтобы ударить и съесть меня целиком. Игры в баре, подумай, Рокс. Я хорошо в них разбираюсь.

— У тебя есть чашки?

Черт, почему это первая игра, которая приходит мне в голову? Потому что Кензо слишком близко, пахнет как все мужчины, и я хочу попробовать его на вкус, почувствовать его, а он отвлекает меня.

— Да, — отвечает он. Я киваю, и Кензо указывает на кухню. Я вскакиваю и бегу на кухню, открывая шкафы, пока не нахожу то, что мне нужно. Я действительно собираюсь это сделать? Рискнуть моей свободой и телом?

Да.

Схватив немного пива из холодильника, я направляюсь к столу и раскладываю их друг напротив друга.

— Неужели? — фыркает Кензо. — Мы что, подростки?

— Боишься, что проиграешь? — ухмыляюсь я, наливая пиво.

— Нет, валяй уже, дорогая. — Теперь уже Кензо ухмыляется.

Я беру первую чашку, и он копирует меня.

— Первый, кто опустошит их все, выигрывает. Все просто. Обмануть не так-то просто. Три, два, один, вперед! — кричу я и опрокидываю чашку. Вытирая рот после, я переворачиваю её, и она падает сверху вниз, Кензо смотрит на меня, когда опустошает свою. — У меня есть бар, дорогуша, — насмехаюсь я, прежде чем перейти к следующей.

Кензо ругается и переворачивает свою, но она не приземляется в первый раз, хотя он тянется за второй. Я продолжаю пить, прежде чем перевернуть чашку. Я на третьей, а он на второй, но я не могу заставить этого ублюдка взбеситься. Я пробую снова и снова, нервно наблюдая, как он догоняет, ставит свою третью чашку и переходит к четвертой. Дерьмо.

Черт, он побеждает. Отчаяние наполняет меня, поэтому я жульничаю. Я наклоняюсь, показывая свои сиськи, и Кензо давится следующим глотком, давая мне время опрокинуть чашку, перевернуть ее и двигаться дальше.

Что самое худшее, что может случиться? Он уже владеет мной, так что, если есть шанс на свободу, я должна им воспользоваться. Эта мысль продолжает стучать у меня в голове, пока я пью, не сводя с него глаз.

Я опускаю чашку и переворачиваю ее, но мы идем ноздря в ноздрю. На последней чашке. Наши взгляды встречаются, когда мы выпиваем ее, затем Кензо стягивает брюки, показывая мне свой член. Я на самом деле давлюсь своим пивом, и это дает ему время, необходимое, чтобы перевернуть чашку.

Я смотрю на него, все еще держа чашку у губ, вне себя от шока. Я проиграла.

Я проиграла.

Кензо ухмыляется и вытирает рот.

— Я думаю, что сейчас самое время забрать приз, — бормочет Кензо и крадется вокруг стола ко мне. В его взгляде голод, тело Кензо изгибается, а член твердеет и отчетливо бугрится у него в спортивках. Я отступаю, страх и желание расцветают во мне.

Я не думала, что смогу проиграть, а если бы и проиграла… Я думала, что смогу с этим справиться. Теперь я не знаю, смогу ли я. Я хочу его, конечно, моя киска уже мокрая от этой мысли, но Кензо… Черт, любая из Гадюк опасна не только для моего тела.

Как одержимость. Или наркотик.

— Матч-реванш? — предлагаю я, держа стол между нами, но Кензо перепрыгивает через него, приземляясь прямо передо мной.