— Ты помнишь ту ночь? — рычит он мне на ухо, его твердый член прижимается к моей попке.

— Помню.

— Я услышал шум и пошел проверить, но обнаружил, что ты прыгаешь на члене моего сына. Я не мог видеть его, только тебя. Твои бедра и изгибы твоего тела, то, как ты скакала на нем с растрепанными волосами и закрытыми глазами. Ты выглядела как гребаная богиня, а потом ты повернулась, не так ли, Ангелок?

Я киваю, и он сжимает мое горло.

— Да, повернулась. Я слышала тебя… Я представляла, как ты подслушиваешь в соседней комнате, а потом увидела тебя стоящим в дверях.

— Вот так, стоящим здесь, — рычит он.

— Да, я… я не могла отвести взгляд, гадая, понравилось ли тебе то, что ты увидел.

— Мне чертовски понравилось, — прорычал он. — Я так сильно кончил в руку, что удивляюсь, как ты меня не услышала. Я представлял, как ты прыгаешь на моем члене, скачешь на мне вот так, твое тело в моих руках. Так близко, чтобы попробовать и трахнуть.

Я не могу удержаться, и снова трусь о Тайлера. Это так безосновательно, но я мокрая как черт. Он лижет мое ухо, заставляя меня стонать.

— Если я сейчас опущусь ниже, ты будешь мокрой для меня, не так ли, Ангел? Вспоминая ту ночь… Ты хотела, чтобы это был я?

— Да, и снова да, — отвечаю я, а он усмехается, опуская руку к моему бедру, поглаживая его, а затем проводит костяшками пальцев обратно вверх. Тайлер скользит все выше и выше, почти до моей киски, задирая рубашку вверх.

— Иногда я представляю себе это. Я даже стою здесь и вспоминаю это, когда трахаю свою руку, желая, чтобы это была твоя красивая, тугая молодая киска. Я чувствовал себя таким грязным, желая тебя, но я не мог остановиться, и я знал, как ты выглядела тогда. Изгиб твоей полной груди, твои широкие бедра и длинные ноги… как покачивалась твоя попка, когда ты опускалась. Как ты сморщила нос, когда кончила.

Тайлер рукой скользит выше, пока не обхватывает мою киску в жесткой, собственнической хватке.

— Как ты так красиво покраснела перед тем, как кончить.

— Тайлер, — задыхаюсь я, вдавливая свою киску в его руку, которая уже сочится для него. Мне нужно, чтобы он заполнил меня. Его грязные слова и властные руки заставляют меня умолять его об этом.

— Я хочу тебя, прямо сейчас, вот так. Я заставлю тебя оседлать меня на его кровати, как в ту ночь, и тебе это понравится, правда, грязная девчонка?

— Блядь, — стону я, двигая бедрами, чтобы втереться в его руку, потому что, черт возьми, да, я сделаю это.

Тайлер убирает руку и отступает назад. Я кручусь, наблюдая, как он поднимает ладонь и, глядя на меня, проводит языком по центру, пробуя мои соки, прежде чем сощуриться, глядя на меня.

— Тащи свою сексуальную задницу в спальню. Я хочу, чтобы ты стояла на коленях на кровати и голая, Ангел. Дай мне посмотреть на свою киску.

Я спешу сделать то, что мне велят, снимаю рубашку и позволяю ей упасть на пол, забираюсь на кровать и сажусь на колени, лицом к изголовью. Меня пробирает дрожь, когда я слышу, как скрипят половицы, когда Тайлер почти бесшумно движется в мою сторону. Я чувствую его позади себя, тепло его тела, дыхание Тайлера шевелит мои волосы, и это заставляет мое сердце замирать в ожидании того, что он собирается сделать.

Вдруг его рука вырывается, наматывая мои волосы в кулак, и откидывает мою голову назад, пока я не отклоняюсь назад, глядя на него сверху. Тайлер забирается на кровать и прижимается к моей спине. Он голый. О, черт. Я чувствую каждый сантиметр его твердой, теплой кожи. Я хочу повернуться, посмотреть на него, прикоснуться к нему, но он удерживает меня на месте, неподвижную и ждущую его члена и рта.

— Наклонись и раздвинь ноги, я хочу попробовать тебя на вкус.

Да чтоб меня.

Тайлер отпускает меня, и я падаю вперед на руки, почти прижимаясь лицом к покрывалу, которое все еще слегка пахнет Джастином. На мгновение мне становится не по себе, но когда Тайлер своими большими руками раздвигает мою попку и проводит языком от моей киски к ней, я вскоре забываю об этом.

Он лижет меня, снова и снова, его язык погружается в мою киску, а затем ласкает мой клитор, пока я не издаю стон и не отталкиваюсь, прижимая свою киску к его голодному языку. Но потом Тайлер отстраняется.

Хныча, я прижимаюсь лицом к кровати, делая отчаянные вдохи, пульсируя и сотрясаясь от желания кончить. Матрас прогибается, я поднимаю и поворачиваю голову, чтобы увидеть его, сидящего спиной к изголовью, его твердый член, зажатый в руке, когда он наблюдает за мной. Я не могу удержаться, но облизываю губы, когда Тайлер наблюдает за этим со стоном.

— Ползи ко мне, Ангел, — требует Тайлер, и я делаю это, покачивая бедрами, проползая между его ног, пока моя голова не оказывается на одном уровне с его и я не сажусь. Тайлер голодным взглядом наблюдает за мной, неторопливо поглаживая свой член.

— Потрогай свои груди.