Я стала медленно обводить поцелуями его челюсть. Руки Доминика опирались на матрас по обе стороны от меня, и я положила свои ладони поверх его бицепсов, массируя их, расслабляя мужчину надо мной. Мои бёдра немного приподнялись и я потёрлась об твёрдый член, получая стон Доминика в ответ.

Он перестал контролировать ситуацию, поэтому воспользовавшись моментом, я сильно сжала его руки и перевернула его на спину, оказавшись верхом на нём. Доминик положил ладони на мой зад, когда я наклонилась, чтобы поцеловать его и прошептать:

– Сейчас я не стою на коленях.

Мои губы спустились к его пульсирующей венке на шее, ключицам, груди и прессу, на котором я оставила больше всего поцелуев, раздразнивая его, будучи рядом, но не касаясь его. Я двигалась из стороны в сторону, заставляя его разгоряченную плоть стать ещё тверже под моим животом.

Теперь он не откажет мне.

Мои зубы нашли «собачку» его брюк, когда я опустилась до неё и расстегнули, затем моя рука скользнула внутрь и вытащила его эрегированный член.

Я победно улыбнулась Доминику, когда он опёрся на локти, наблюдая за мной.

– Ох, – вздохнул мужчина. – Ты обыграла меня.

Конечно, я понимала, что он хотел этого не меньше меня, но игры привлекали его ещё больше, и я была в таком положении только потому, что он поддавался мне. Если бы Доминик не хотел, чтобы я делала это, он бы не позволил мне оседлать его, прекрасно понимая, зачем я это делала.

Я положила ладонь на его основание и провела рукой верх—вниз, замечая, как дыхание мужчины стало тяжелее. Следом откинула все волосы назад и стала держать их рукой в хвосте, когда наклонилась и коснулась кончиком языка его головки.

– Господи, – проворчал Доминик, поморщившись, как будто от боли.

Я сглотнула и сделала это снова. Он был солоноватый на вкус, но совсем не противный или что-то вроде этого.

– Ты можешь рассказать мне, как тебе нравится, когда тебе делают это? – попросила я.

Мне было очень неприятно думать о том, что кто-то уже был в таком положении с Домиником, но я не была наивной, чтобы думать, что я была первой.

– Мне нравится так, как это делаешь ты.

Я поджала губы, пытаясь не улыбнуться, но сдерживаться было так глупо, поэтому я показала ему свою реакцию на его слова, а затем совершенно перестал думать о том, делала ли это правильно или нет, наклонилась и взяла его в рот до того момента, пока его кончик не врезался в моё горло.

– Аврора! Боже!

Я выпустила его, немного откашлявшись, а затем снова повторила свои действия, втягивая щёки, стараясь не причинять ему боли из-за соприкосновения с моими зубами. Моя рука осталась на его основания и двигала ей на встречу своему рту, чувствуя каким горячим и твёрдым он был.

Доминик застонал, и я чувствовала себя так, словно лишала его девственности и была первой в его руках.

Я была первой, кто делал это с ним по любви, и он впервые делал это с той, кого полюбил. Других уже давно не существовало.

Моё возбуждение было так явно, что я застонала, не сдержавшись. Соски впились в кружевную тонкую ткань, и я желала, чтобы вместо неё на них оказался горячий рот Доминика, знающий, что я любила.

Я облизнула его от самого начала до конца, заостряя своё внимание на кончике.

– Нам понадобится много салфеток, – прорычал мужчина, пока я продолжала посасывать его.

– Нет.

Между моих ног стало так влажно, что трусики прилипли ко мне. Доминик был близок к тому, чтобы кончить, но я не отодвигалась от него. Мой язык ласкал его, наслаждаясь каждой секундой и собираясь повторить это снова, но позже.

– Аврора, – предупредил мужчина.

Я снова взяла его настолько, насколько могла, потому что каким бы большим не был мой рот, он бы никогда не смог поместить его член полностью в себе, а как только я поднялась выше, Доминик кончил и испачкал мой язык, губы и подбородок своим освобождение, сопровождая это громким хриплым постаныванием. Я сглотнула всё, что было у меня во рту, не ощущая ни капли отвращения, а затем облизала губы, когда мужчина открыл глаза, чтобы посмотреть на меня.

– Ты всё ещё хочешь, чтобы я делала это перед твоим сном?

Грудь Доминика тяжело поднималась, когда он усаживался на месте, не разрывая наш зрительный контакт. Мне так хотелось потереться от него, что я изнывала от этого желания.

Кончики пальцев мужчины собрали остатки с моего подбородка и, приложив их к моим губам, открыли их, просовывая их внутрь, заставляя меня доесть всё до самого конца, что я и сделала.

– Каждую чёртову ночь, – заворожённо проговорил Доминик.

Его губы, словно изголодавшись, накинулись на мои, не побрезгав попробовать самого себя на мне. Я застонала и подвинулась вплотную к его груди. Его всё ещё твёрдый член соприкоснулся с моим центром, и я застонала ему в рот.

– Как долго ребята ещё не появятся здесь?

– До самого утра, – ощущая хищную улыбку, получила ответ я.

– Боже, – я стала тереться об него ещё быстрее.