Я пытаюсь подсчитать, как долго мы едем, далеко ли он меня увозит, но в багажнике сложно ориентироваться. Это будто бы искажает мое восприятие времени.

Машина наконец останавливается, и может прошло десять минут, а может и весь час.

Я слышу, как открывается дверца машины, как кто-то выходит. Слышу звук приближающихся шагов, и в животе, вызывая тошноту, бурлит адреналин. Когда он откроет багажник, у меня будет совсем немного времени, чтобы попытаться сбежать.

Как только багажник открывается, я вскакиваю и бросаюсь вперед. Из-за того, что я ничего не вижу, все становится намного сложнее, и я спотыкаюсь, выбираясь из багажника. Сильно ударяюсь о землю и пытаюсь отползти, но кто-то хватает меня прежде, чем я успеваю отползти хоть немного.

Меня дергают назад, сильная хватка стискивает мою руку и выворачивает плечо. Я сопротивляюсь, пытаясь найти хоть какую-то слабину в путах, но затем ощущаю холодное прикосновение чего-то твердого и металлического к своей спине.

Пистолет.

Я мгновенно замираю, страх подступает к горлу, как желчь.

Багажник захлопывается, и пистолет сильнее вжимается в мое тело.

– Иди, – говорит низкий мужской голос, который я не узнаю.

У меня нет другого выбора, кроме как послушаться, поэтому я делаю шаг, затем другой, позволяя ему вести меня куда-то вслепую. Наши шаги отдаются эхом, кажется, пространство большое и открытое.

Может, гараж? Или что-то в этом роде.

Он ведет меня за собой несколько минут, затем ворчит:

– Стоп.

Я подчиняюсь, и он протягивает руку, чтобы открыть дверь. Когда мы проходим, поверхность под моими ногами меняется, переходя с гулкого бетона на что-то похожее на линолеум.

Думаю, мы находимся в каком-то здании.

Секунду я раздумываю, не позвать ли на помощь, но потом отбрасываю эту идею. Оно того не стоит. И, к тому же, этот парень вряд ли повел бы меня под дулом пистолета с мешком на башке, если бы вокруг были люди. Он подталкивает меня вверх по трем лестничным пролетам, а затем ведет вниз по коридору.

Мы проходим через еще одну дверь, затем я чувствую, как мужчина хватает меня за плечо. После толкает меня вниз, и на секунду я паникую. Мое тело напрягается в ожидании удара об пол. Но вместо этого задница приземляется на сиденье стула, и похититель привязывает меня к нему, после чего срывает мешок с моей головы.

Свет заливает мне глаза, ослепляет. Я быстро моргаю, пытаясь приспособиться к внезапному потоку яркости, после того как столько времени провела в темноте. Когда зрение начинает понемногу привыкать, я понимаю, что на меня направлен большой луч света с небольшого расстояния. Это единственный источник света в помещении, и из-за него остальная часть комнаты кажется темной и расплывчатой.

Я вижу, как темный силуэт моего похитителя перемещается по комнате, но не могу разглядеть его лица в темноте. Слышу, как он что-то бормочет себе под нос, а затем раздается щелчок. Через несколько секунд до меня доходит, что это щелчок фотоаппарата.

Он что, фотографирует меня?

У меня мурашки бегут по коже, и я лихорадочно оглядываю полутемную комнату, пытаясь найти какой-нибудь выход из положения. Я почти ничего не вижу, а веревки завязаны слишком туго, чтобы можно было освободиться.

Нет. Только не это. Пожалуйста, только не снова.

Я едва унесла ноги от Ильи. На самом деле, мне просто повезло, что начался пожар, в результате которого он оказался под балкой, когда здание начало полыхать. Только так я смогла сбежать и остаться невредимой. Во второй раз мне так не повезет.

Ужас растет, оставляя кислый привкус во рту и заставляя мой желудок скручиваться. Когда меня похитили в тот раз, это уже было достаточно плохо, и после первого раза справиться со вторым ничуть не легче. Если уж на то пошло, этот раз еще хуже, поскольку я знаю, насколько малы мои шансы.

На этот раз стул, на котором я сижу, не деревянный, а металлический. Так что у меня нет шансов сломать его и сбежать, как я сделала тогда. Я понятия не имею, как освободиться.

У меня пересохло в горле, и чтобы заговорить, мне приходится отлеплять язык от неба. Я смотрю на свет, щурясь и пытаясь получше разглядеть мужчину в темноте.

– Что вам от меня нужно? – требуя я ответа, стараясь, чтобы мой голос не дрожал от страха.

– Я думал, это очевидно, – говорит мужчина, фыркнув. – Шантаж.

С этими словами он делает несколько шагов вперед, и, хотя его лицо частично скрыто в тени из-за света, который так ярко льется мне прямо в глаза, я наконец-то могу разглядеть его черты.

Насколько я могу судить, в нем нет ничего особенного. Он выглядит как обычный парень с улицы, темноволосый и темноглазый. Нос будто пару раз ломали, но в нем нет ничего такого, что выделяло бы его из толпы.

На какой-то безумный миг у меня возникает странное чувство дежавю. В мужчине нет ничего примечательного, но я чувствую, будто знаю его, хотя и не знаю, почему и откуда. Я смотрю на него несколько долгих секунд, а потом меня внезапно осеняет, и у меня внутри все переворачивается.

Он… мужчина из моего сна.