— Он совершенно непреклонен в том, чтобы пойти на пляж, — тихо сказал мой отец, и на его губах играла улыбка, которую я давно не видел на его лице.

— Ах, Лучиано, — наш повар прошел на кухню. — Кофе?

— Конечно, спасибо, — сказал я ей. — А можно мне одну из этих булочек, пожалуйста?

На ее лице промелькнуло удивление, но она быстро пришла в себя и принесла мне тарелку.

В этот момент вошел Массимо. — Я тоже хочу, пожалуйста.

Он сел рядом с моим отцом. — Доброе утро.

— Доброе утро, Массимо, — мой двоюродный брат был самым близким братом, который у меня когда-либо был. Его мать была сестрой моего отца, и он практически вырос вместе со мной и моей сестрой.

Мария положила бриошь перед Массимо. — Убедитесь, что вы съели все это, мальчики, — она любила нас кормить.

— Ты не слишком стар для бриоши? — пошутил я, тыкая в Массимо.

— Ты никогда не станешь слишком старым для этого, — пробормотал он, кусая завтрак. — Кроме того, не так ли?

— Нет, не так, — ответил я ему.

— Блин, я забыл, насколько они хороши. Верно, Маттео? — Массимо посмотрел на маленького мальчика, и тот кивнул в знак согласия.

Я улыбнулся, покачав ему головой. Как ни странно, этот момент был почти как в старые времена, до того, как жизнь превратилась в кошмар. До того, как мои мать и сестра были убиты Романо, навсегда изменив всю нашу жизнь.

— Как насчет того, чтобы поделиться этим, Маттео? — спросил я маленького парня рядом со мной, который смотрел на нас с удивлением в глазах. При этом предложении его большие глаза сверкнули, как будто я только что предложил ему мир. Я позволил ему откусить и снова посмотрел на отца.

— Может, мне отвезти его на пляж? — спросил мой отец.

— Грейс сказала, что он еще не умеет плавать. Наверное, лучше, если ты не пойдешь туда один.

Он кивнул. — Кажется, он любит пляж.

Учитывая, где мы их нашли, я был уверен, что он прав. — Мальчик, наверное, каждый день проводил на пляже, а теперь скучает по нему.

— Где ты ее нашел? — спросил мой отец.

Вопроса о том, о ком мы говорим, не возникало. — Фавиньяна.

— Родной город твоей матери? — на его лице отразилось удивление, а я кивнул в подтверждение. Я не думал, что это совпадение. За время нашего недолгого брака Грейс провела довольно много времени в разговорах с моим отцом. Он часто рассказывал о своем пребывании в родном городе и о моей матери. — Там родился Маттео?

Я пожал плечами. — Я не знаю, — он задумчиво смотрел на меня, и мне было интересно, что у него на уме. Обычно мы с отцом действовали синхронно, но когда дело касалось Грейс, наши провода всегда пересекались.

— Она останется здесь. Правда, сын мой? — возможно, мне не стоит удивляться тому, что мой отец все еще хотел, чтобы Грейс осталась. Я думал, что она потеряет его благосклонность, но у моего отца была постоянная слабость к моей жене. А теперь к её сыну.

— Ням, — спросил маленький мальчик, давая мне время ответить отцу. Он определенно был властным. Он открыл рот и стал ждать булочки. Надеюсь, мы закончим завтрак до того, как Грейс проснется. Удовлетворенный тем, что получил свою еду, Маттео потянулся ко мне поближе, и мне было любопытно, что он делает.

— Ой, — маленький засранец потянул меня за сосок.

Мальчик улыбнулся мне и пробормотал: — Молоко.

Мой отец разразился громким смехом, а вскоре за ним последовали Массимо и Мария. Я тоже усмехнулся, услышав смех отца, что сделало меня счастливым.

— Прости, приятель, — сказал я Маттео. — У меня там нет такого дерьма. Но Мария возьмет твое молоко из холодильника.

Она уже наливала молоко в пластиковую чашку-поильник. Я видел, как ее спина тряслась от смеха, который она пыталась сдержать. Рад, что кто-то развлекался за мой счет. В любом другом месте я бы пристрелил этих ублюдков. Но, думаю, я бы позволил это сделать на кухне.

Она принесла ему молоко.

— Вот, малыш, — она поставила перед ним чашку-поильник. Казалось бы, ей не понадобилось много времени, чтобы купить все необходимое для ребенка.

— Спасибо, — пришлось отдать должное Грейс, у мальчика были манеры.

— Мария, спасибо, что доставила все необходимое для Маттео.

— Без проблем. Как приятно снова иметь в доме малышей.

Я вздрогнул. Мария была с нами с тех пор, как мы с сестрой были детьми. Взглянув на отца, я не увидел на его лице привычной душераздирающей печали. Вместо этого в его морщинах появилась надежда.

— Да, она останется, папа, — ответил я на предыдущий вопрос отца по-итальянски. Я не знал, как мне удержать Грейс с нами, но я найду способ. Если бы мне пришлось приковать ее к этому дому, я бы позаботился о том, чтобы она оставалась в этом доме до тех пор, пока жив мой отец. И если бы мне пришлось избавиться от отца Маттео… Черт возьми, я бы это сделал. У каждого была своя цена.