Он не ответил, просто улыбнулся. Сегодня он казался более расслабленным, чем в другие дни, когда я его видела. Хотя разглядывание пришлось прекратить. Феникс всегда ненавидела внимание, это выводило ее из себя.

“Не пялься”, - пробормотала я себе под нос, предупреждая его. “Она это ненавидит. Честно говоря, большинство девушек так и делают.” Взгляд Данте лениво повернулся ко мне, как бы говоря “ну и что?”, и что-то в этом задело меня за живое. “Не плачь мне, когда она столкнет тебя с лодки”.

Губы Данте растянулись в улыбке. “ Это хорошая идея, ” лениво сказал он. “ Мы все можем пойти поплавать. Я попрошу нашего капитана убрать затвор.

Я перевела Фениксу то, что он сказал, затем потянулась за своим апельсиновым соком. “Что он имел в виду, говоря о слайде?” — спросила она. Я пожала плечами, делая глоток своего напитка. “Надеюсь, не его член”.

Я чуть не подавился апельсиновым соком. Черт, это было забавно. Феникс в целом была мирным человеком, пока ты ее не разозлил. Это заставило меня задуматься о том, что натворил Данте.

“Что она сказала?” С любопытством спросил Данте, переводя взгляд с меня на него.

Мои губы сжались в тонкую линию. У меня не было ни малейшего шанса прокомментировать его член. Конечно, именно Рейвен была счастлива быть переводчицей, когда речь заходила о чем-нибудь неподобающем.

“Она сказала, что если под "скользить" ты подразумеваешь член, то она его отрежет”. Затем, как ни в чем не бывало, она отправила в рот клубнику.

Последовала серия смешков, и я бросила извиняющийся взгляд на Амона. Они с Данте были близки.

“ Извини, ” пробормотал я. — Она, конечно, шутит.

Амон, казалось, не волновался. Он откинулся назад и подмигнул. О, головокружительный толчок в моей груди всякий раз, когда этот мужчина был рядом. Он пригвоздил меня своим взглядом, полным невысказанных обещаний и страстного шепота, от которого у меня внизу живота разлилось тепло.

“Пусть они сами разбираются в своем дерьме”, - невозмутимо ответил он.

Моя улыбка стала шире, и я даже не пыталась сдержаться. Счастье и легкость, которые я чувствовала, находясь с ним, были единственными в своем роде. Я безоговорочно доверял ему, и в этом было что-то захватывающее.

Мой собственный принц.

“Хочешь поплавать в лазурных водах Юга Франции на свой день рождения?” спросил он. “Сегодня твой день. Мы сделаем все, что ты захочешь.

“Плавание звучит заманчиво, когда ты так говоришь”, - тихо пробормотала я, мой взгляд упал на его губы. “Хотя, я бы больше хотела секса”, - тихо добавила я.

В ответ он разразился громким смехом, и пять пар глаз устремились на нас.

“Что тут смешного?” Требовательно спросил Данте.

“Да, мы тоже хотели бы знать”, - заявила Айла, ее глаза сияли, как изумруды. “Мы все хотели бы посмеяться”.

Мы с Амоном обменялись мимолетным взглядом, но промолчали.

“Будь осторожна”, - показал Феникс, уставившись на меня. “Я не хочу, чтобы тебе причинили боль. И у семьи Леоне есть склонность к этому.”

Выражение лица моей сестры стало обеспокоенным, и я снова задался вопросом, что же произошло, что заставило ее сказать это. Имела ли она в виду Анджело Леоне или, может быть, сына, который был так похож на своего отца? Это не мог быть Амон, иначе она бы уже пришла ко мне.

“Что ты знаешь?” Спросила я, жестикулируя скованно. На этот раз я не произнесла эти слова вслух.

Она склонила голову набок, на ее лице появилось странное, задумчивое выражение. На мгновение я подумал, что она мне скажет, и сглотнул, горло перехватило. Но еще более ужасающей была мысль, пришедшая мне в голову: я бы никогда не отказался от Амона. Ни ради кого и ни за что.

Она уставилась на меня, выражение ее лица было непроницаемым и незнакомым для меня. Я вдохнула соленый воздух, ветерок ласкал мою кожу. Нежный звук волн, бьющихся о борт яхты, успокаивал мою душу, но течение между нами делало этот момент напряженным. Мои спутанные кудри развевались на ветру, и мое сердце сжалось, я уставилась на сестру. Мне не нравилось видеть ее обеспокоенной, и что-то явно ее беспокоило.

Но затем выражение ее лица стало безмятежным, и она натянула улыбку. “Ничего. С днем рождения, сестренка. Я люблю тебя.”

42

РЕЙНА

T

капитан поставил лодку на якорь в небольшой бухточке неподалеку. Ла Мутт был одним из самых нетронутых пляжей на побережье между Сен-Тропе и Пампелоном, но каким-то образом это все же было уединенное место.

“Как этот драгоценный камень сохранился в таком секрете?” С благоговением спросила Афина.