— Я хотел поговорить с тобой, — продолжил говорить парень. — А ты не дала мне даже объясниться.

— Меня винишь в этом? А что я должна была думать ещё, после всего, что ты мне наговорил? — возмущённо произнесла я, пытаясь выбраться из его объятий. Но Леви не позволил, наоборот, сильнее сжал меня в руках.

— Илона, пожалуйста, послушай меня… — в его голосе проскользнула усталость.

— Ну, давай, говори, — я нахмурилась, пытаясь собраться с мыслями после услышанного, чтобы рационально принять ту информацию, что собирался сказать мне Леви.

— Я хотел уговорить не удалять метку. Но ты не пришла, и я разозлился, — он уткнулся в мою макушку носом и жадно втянул запах моих волос. От этого действия мурашки расползлись по всему телу. И сердце ещё радостнее запрыгало в груди.

— Разговоры явно не твой конёк, Леви, — не сдержала я смешка, пытаясь разрядить обстановку.

Но мой истинный будто и не слышал моей шутки. Кажется, сейчас он был предельно серьёзен, а его объятия стали ещё крепче.

— Ты всё ещё хочешь её удалить? — спросил он хрипло, и голос его прозвучал слегка тревожно. Совершенно непохожий, будто чужой.

— Я думаю над этим, — честно призналась я.

Внутри всё сжималось от противоречия. Я одновременно хотела и не хотела её удалять. А всё потому, что я любила Леви, а он… Я запуталась!

— Раз думаешь, значит у меня есть ещё время тебя в этом переубедить.

От вибрации голоса моего истинного по спине пробежала приятная дрожь. Он хочет меня переубедить?.. Кажется, Леви не составит труда сделать это, если он продолжит обнимать меня и просто разговаривать со мной, делиться своими чувствами.

— Переубедить? Зачем всё усложнять? — задала я вопрос, повернув к нему голову.

В глазах Леви что-то неуловимо вспыхнуло, будто пламя. Он снова был раздражён.

— Почему ты постоянно злишься на меня? — тихо спросила, ощущая внутри себя нарастающую обиду.

— Чёрт… — лицо Леви стало мрачнее тучи, а в тёмных глазах появилась тревога. — Прости. Я не на тебя злюсь, а на себя. Потому что не могу выразить словами то, что сейчас внутри меня, — он уткнулся в мой висок. — Просто дай мне шанс. Пожалуйста.

— Тогда… никакой близости больше. Ты пойдёшь на это? — спросила я у него. Внутри всё сжалось от страха того, что он не согласится на это.

Но Леви меня приятно удивил, произнеся:

— Как пожелаешь, Илона. Только прошу, не удаляй нашу метку, — его дыхание коснулось моей шеи. — Охренеть… Я немного в шоке от своих эмоций. Мне тяжело привыкать ко всему этому. Последний раз я испытывал подобное в детстве. И это также было связано с тобой, — его губы коснулись моей щеки. — Скажи, с чего мне начать?

— Ну… — я прокашлялась, пытаясь сосредоточиться на нашем разговоре, а не на ощущениях, что последовали после поцелуя моего истинного. — Без свиданий и разговоров нам не обойтись.

Я была готова дать шанс Леви, если он на самом деле был настроен серьёзно.

Мы просидели на том пледе до самой ночи. Я узнала, что любимый цвет Леви – чёрный, а также то, что он вытребовал у родителей лечение сам, и всё ради меня! Сказать честно, я была в шоке! Тогда, в детстве, я и подумать не могла, насколько сильно волновала Руса, и, кажется, его любовь ко мне не изменилась. Лишь чёртовы лекарства заглушали её...

Вернувшись в особняк, я была сама не свою. Улыбалась постоянно загадочно, что даже миссис Рахель за завтраком поглядывала на меня с непонимающим взглядом. Правда она ничего не говорила мне, не расспрашивала. Мы ели в тишине, пока я гадала, что будет дальше с нашими отношениями с Леви. Он пожелал мне ночью в сообщении спокойной ночи, а утром, когда я проснулась, то обнаружила на телефоне сообщение с пожеланием доброго утра. Это было так приятно, что я хихикала и закусывала губу, пока принимала душ и надевала свою самую красивую футболку и джинсовые шорты. Знала ведь, что Леви приедет сюда, он обещал!

Завтрак уже подходил к концу, когда мы с миссис Рахель услышали клаксон автомобиля, что доносился через открытое окно. Женщина громко покашляла.

– Значит... у вас всё наладилось? – осторожно поинтересовалась она, поднимая на меня взгляд, в котором виднелось то, словно она боялась задавать подобный вопрос, боялась спугнуть то счастье и улыбку с моего лица.

– Кажется, что так, – весело ответила я, кладя вилку на стол и подбегая к окну.

Перед особняком на широкой дорожке, что была окружена различными цветами, стояла машина моего истинного. А сам же Леви стоял, облокачиваясь о капот, и держал в руке букет каких-то красных цветов. Он ещё вчера спрашивал меня о том, какие цветы я люблю, однако у меня не было ответа на этот вопрос, я пожала тогда плечами и сказала «любые». Так и было на самом деле, мне ведь прежде их и не дарили... За исключением Стефана, но это не считается...