— Безумно круто. — подтвердила я заговорщицким шепотом.

Она засияла.

— Знаете, я ушла от Уильяма в тот же день, когда впервые увидела Кинга на парковке «Бакалеи Мака», — сказала я в наступившей тишине.

Виски сделало меня нехарактерно общительной.

Девочкам понравилось.

Я не знала, буду ли я такой же большой поклонницей утром.

— Ебать, — сказала Ханна, потому что она была грубой, но в то же время потрясающей.

— Нет, серьезно, — нервно рассмеялась я, но я уже твердо решила рассказать им. — Я покупала продукты и думала о том, что мой вечер будет таким же, как и все остальные вечера за последние восемь лет: приготовить Уильяму ужин, почитать, потом лечь спать, только поскольку я снова начала работать, у нас, вероятно, будет неловкий разговор о том, что мне не следовало снова начинать работать. Я даже не понимала, насколько скучной и унылой была, пока не увидела, как он и Мут запугивают нескольких симпатичных парней из колледжа. — Я пожала плечами и нахмурилась на дно своего пустого стакана, когда сделала еще глоток. — Увидела его, и это ударило меня между глаз, как удар молнии. Даже если бы я больше никогда не увидела его после этого, он всегда был бы тем парнем, который изменил мою жизнь.

— Вау. — вздохнула Клео, положив голову на руки. — Это так романтично.

— Было бы романтичнее, если бы моя женщина действительно говорила мне в лицо такие вещи, а не болтала об этом со своими подружками.

Я застыла с пустым стаканом на полпути ко рту (я собиралась слизать остатки кисло-сладкой пены с внутреннего ободка). Женщины за столом, все раскрепощенные спиртным и легкие от хорошей дружбы, насторожились.

— Кинг, — сказала я голосом, в котором было больше дыхания, чем звука, когда повернулась и увидела, что он стоит рядом с нашим большим столом в кабинке.

На нем была неприлично обтягивающая футболка с круглым вырезом, как он обычно делал, когда не был в форме, а его взъерошенный ореол золотистых волос спускался на широкие плечи. То, как он стоял, засунув руки в задние карманы, демонстрировало безумную ширину его груди, как рекламный щит мужской красоты, и я облизнула губы при виде этого. Когда я снова подняла глаза на него, они практически светились в темноте, как неоновый голубой свет позади него.

— Пора идти, детка. — мрачно приказал он.

Я громко сглотнула и опустила свой бокал на стол.

— Я думаю, мы все собирались выпить еще.

— Дорогая, — сказала Лайла, пытаясь скрыть улыбку, — твой мужчина хочет идти, иди и ты.

Мгновенно я нахмурилась.

— А что, если я хочу остаться? Мне весело, и у меня никогда раньше не было настоящих подруг. Мне это нравится.

Суровые, но красивые лица байкерш, Тей (которая почему-то была только псевдобайкершей) и Харли-Роуз (которая была слишком юной и яркой, чтобы быть жесткой) смягчились в сочувствии.

От этого зрелища мне в горло обожгло горячее виски. Я не была уверена, хорошее это чувство или плохое.

— Мы будем здесь, если тебе нужен еще один девичник. — сказала Клео, протягивая руку через стол, чтобы сжать мою ладонь.

— И мы увидим тебя в пятницу на барбекю в этом горячем новом наряде. — добавила Ханна, взмахнув своими татуированными бровями. — Когда ты его увидишь, Кинг, ты не захочешь чтоб твоя женщина вышла из дома.

— Определенно пора идти, Королева. — повторил Кинг, его нетерпение расходилось по краям, как веревка.

У меня возникло нелепое желание попросить его связать мое тело его словами, похожими на веревку, согнуть его и закрепить в новые формы, используя только вес этого тона. Желание, должно быть, промелькнуло на моем лице, потому что он потянулся к Тейлин, чтобы силой поднять меня с места.

Я позволила ему, потому что мне нравилось, как он это делал, словно я была всего лишь перышком. Он поставил меня на ноги, взял мою сумочку и пальто из протянутых рук Тейлин, затем положил одну руку на меня. Каждый раз, когда он это делал, мне казалось, что на мои плечи опускается мантия власти.

— Осторожно, — сказала я, хотя мне нравился этот жест, потому что мы были на людях, даже несмотря на то, что находились за городом в байкерском баре.

Его губы дернулись.

— Ты не хочешь быть осторожной.

Я потерла ноги друг о друга, чтобы унять внезапную боль между ними.

— Верно. — сказал он, кивнув.

Я видела, как он снова бросил мои вещи на колени Тейлин, а затем его руки обхватили меня, одна легла поперек спины, а другая заняла свое место под моими волосами.

— Прошло четыре часа, а я уже скучаю по этому гребаному рту, — пробормотал он, прежде чем сомкнуть губы над моим ртом и впиться в него.