Я лижу ее челюсть и подбородок, нащупывая губы. Я просовываю язык между ними, наслаждаясь сладким вкусом внутренней части ее рта, и соединяю его с ее мягким, расслабленным языком. Застонав от удовольствия, я облизываю ее лицо, продолжая тереться о нее, снова отмечая ее как свою.

Я очищаю ее своим ртом, своим языком; ее вкус — мой вечный наркотик. Я стираю грязь и заменяю ее своей собственной.

Откинувшись на пятки, я смотрю на свою усыпленную куклу, наслаждаясь тем, что она полностью меня контролирует. Мои горячие глаза следят за ее напряженным маленьким телом, лежащим подо мной. Опустившись на пол, я раздвигаю ее ноги, и они тяжело падают в сторону. Поместив лицо между ее бедер, я вдыхаю восхитительный аромат возбуждения, который может исходить только от нее. Запах, который пробуждает во мне что-то дикое.

Чертова святая вода.

Я прижимаюсь ртом к ее нижнему белью и лижу внешнюю сторону ее влажных трусиков. Мой язык проходит вдоль ее центра, сильно надавливая, пока не проникает в ее щель, и грубо трется о клитор. Ее нога дергается от его прикосновения, но она не может пошевелиться.

— Грязная куколка, — бормочу я, касаясь ее плоти.

Я вспоминаю. Вижу вещи, которые снова затягивают красным облаком мое зрение. Сэйнт был внутри нее. Он был внутри моей девочки. Зарыт глубоко. Трахал ее.

Я разрываю ее нежное нижнее белье, стягивая простые кружева с ее тела с такой силой, что ее грудь полностью выскальзывает из лифчика, и она безжизненно отскакивает от кровати. Снимая приталенную футболку, я одной рукой потираю стояк, образовавшийся под джинсами, нуждаясь в том, чтобы выпустить это сдерживаемое напряжение, которое вот-вот взорвется.

Беспомощная. Невинная. Нуждающаяся в очищении от грязи, которой она себя подвергла.

— Грязная сука.

Красный цвет вернулся, как она и говорила. Но теперь его цвет ослепляет.

Расстегнув штаны, я высвобождаю свой пульсирующий член. Поглаживаю его по длине, большим пальцем провожу по пирсингу на кончике, заставляя ствол выгибаться в моей руке, а затем опускаюсь на ее талию. Ее ресницы трепещут, но глаза остаются закрытыми, когда мой вес давит на ее живот.

Я беру ее трусики, подношу их к губам и снова вдыхаю ее возбуждение, а затем провожу ими по лицу, по шее и дальше по телу без рубашки, пока они не встречаются с основанием моего члена. Скручивая ее трусики вокруг эрекции, я одной рукой раздвигаю ее ноги, заставляя обхватить меня сзади.

— Блять, мне нравится твой запах. — Зажав в кулаке кончик, я провожу рукой по своему члену, сжимая челюсти. Другой рукой я обхватываю ее киску, чувствуя, как влажная, скользкая потребность сочится на мой средний палец. — Это доводит меня до безумия.

Даже под действием седативных препаратов ее тело все еще отвечает мне, ее возбуждение скапливается между бедер, позволяя мне с легкостью проникнуть в нее. Я проталкиваю палец внутрь ее влажных стенок, бесконечно наслаждаясь ее теплом и уютной пиздой, всасывающей меня все глубже. Я глажу себя ее испачканными трусиками, обхватившими основание моего члена, наблюдая за тем, как меняется ее дыхание.

Ее грудь поднимается и опускается быстрее, когда я добавляю еще одну цифру, трахая ее пальцами, пока мои яйца не становятся тугими и тяжелыми, а потребность кончить не одолевает меня.

— Черт, детка. Ты так прекрасна в таком виде, — хриплю я. — Вся беспомощная. Непорочная. Восхитительно чистая.

Я сильно сжимаю кулак, когда влажные звуки моих пальцев проникают в нее сзади.

— Я задушу тебя той любовью, о которой ты говоришь, дорогая. Оберну ее вокруг этой милой шейки и раскрашу тебя своим гребаным сердцем.

Мое дыхание неглубоко, а голос груб и резок, поскольку я теряю себя от удовольствия. Оно поднимается от основания позвоночника и взрывается во мне. В последнюю секунду я хватаюсь за центр ее бюстгальтера и тяну его вниз, пока обе ее груди не вываливаются наружу. Пухлые и упругие, идеально розовые соски подпрыгивают передо мной, и я теряю рассудок.

Я стону, мышцы напрягаются, и я выплескиваю белые горячие потоки спермы дикими струями по ее шее и груди, теплый след растекается по изгибам ее тела, пока не стекает на плед под ней. Тут же я даю ей попробовать, размазывая немного горячего семени с ее шеи по нижней губе, проталкивая пальцы в рот и смазывая язык.

— Вот так, куколка, — шепчу я, задыхаясь. — Съешь меня.

Мое освобождение мгновенно, но желание чувствовать ее рядом с собой усиливается. Я хватаю подушку над ней и быстро переворачиваю ее на живот, подкладывая ее под бедра, наклоняя ее попку ко мне. Повернув ее лицо в сторону, ее мягкие губы зовут меня. Я наклоняюсь над ней и обхватываю ртом нижнюю губу. Я сильно посасываю ее, оттягивая, а затем делаю то же самое с верхней губой, прежде чем мой язык снова погрузится в ее рот.