Все это время Виктор стоял позади нее. Он ничего не говорил, просто смотрел, как его брат прикасался к Маккенне. Она задавалась вопросом, часто ли они это делали, отводили женщин в постель и соблазняли их. Но, сейчас она была не просто женщиной, а их женой, и, по словам братьев, именно они хотели, чтобы она ею стала. Могла ли она отдаться им обоим? Маккенна, конечно, неоднократно думала об этом, но что бы сказала или подумала ее семья?

– Перестань думать и просто чувствуй, детка,– словно услышав ее мысли, сказал Виктор. Его прикосновение послало по ней волну страсти, и Маккенна открыла глаза, чтобы посмотреть на него. Горячий взгляд Виктора, в сочетании с губами Кристофера, скользящими по ее телу, заставил воздух покинуть ее легкие. Она почувствовала, как пальцы Виктора схватили полу ее одеяния и начинали медленно отодвигать ее в сторону, обнажая грудь, рот Кристофера исчез с тела девушки. Другая сторона ее халата так же начала опускаться, пока единственной вещью, державший сбившийся материал на ней, не оказался пояс на талии.

– Посмотри, насколько ты великолепна,– сказал Виктор, поцеловав родинку прямо за ее ухом, в тоже время обнимая Маккенну и обхватывая ее грудь. – Посмотри, насколько ты податлива, насколько красные и плотные у тебя соски, – большими пальцами он ущипнул за чувствительную плоть, делая ее еще более твёрдой. Кровь, носившаяся по ее телу, прилила к чувствительным комочкам. Они покраснели еще сильнее прямо у нее на глазах, и Маккенна не могла не почувствовать, как жар опалил ее щеки. Помимо аукциона, она никогда прежде не была так откровенно выставлена на показ перед мужчинами. Это было волнующее и пугающе, особенно когда это были Кристофер и Виктор.

– Кристофер собирается обхватить губами один из этих симпатичных сосков и всосать его себе в рот. Ты будешь просить его об этом, умолять его делать все жестче.

Маккенна издала судорожный вздох, ее взгляд метался между братьями. Кристофер уставился на ее грудь, пока его близнец продолжал ласкать девушку, терпеливо наблюдая за выражением ее лица.

– Посмотри на меня, Маккенна,– она повернулась и перевела взгляд на Виктора. Его суровая мужественность заставила ее сердце сбиться с ритма. – Я хочу, чтобы ты попросила Кристофера, чтобы его рот ублажил тебя, умоляй его об этом, – он выводил ее из зоны комфорта, заставляя понять, что то, что трое из них собирались сделать, было более чем реальным.

– Кристофер, пожалуйста, возьми их в свой рот, – прошептала Маккенна, ни на секунду не отрывая глаз от Виктора. Она слышала приглушенный звук, словно Кристофер пытался скрыть от нее, какие эмоции на самом деле обуревали его. Шуршание одежды доносилось до Маккенны сквозь дымку, затуманившую ее сознания. Через секунду она задохнулась, почувствовав теплые влажные губы Кристофера, обхватывающие ее грудь. Одна из его рук сжала грудь Маккенны, пока сам Кристофер всасывал ее сосок глубже в свой горячий рот. Ощущение его языка, скользившего по ее плоти, делало ее все более чувствительной. Разомкнув губы, Маккенна издала протяжный стон, вырвавшийся из нее. Это было так хорошо, невероятно хорошо.

Кристофер лизал и щипал плоть девушки, всасывая ее бутон все глубже и глубже, пока Маккенна не почувствовала, как кровь начала приливать к коже. Виктор набросился на ее рот, подобно дикому животному. Она чувствовала себя желанной, полностью и абсолютно одержимой ими.

Кристофер поочередно прикасался то к одной ее груди, то ко второй, пока Маккенна лихорадочно толкалась в его рот, молча умоляя о большем. Его ладонь скользнула вдоль ее бока и ниже к бедрам, лаская плоть снова и снова.

Рука Кристофера, обхватывающая ногу Маккенны, двинулась выше по ее телу, пока девушка не почувствовала, как ее пояс оказался развязан. Она почувствовала, как Кристофер обхватил обе ее груди, сжимая ее, поднося холмики ко рту, чтобы обрушится на них с неимоверным натиском. Виктор обнажил ее для них обоих. Один последний рывок, и Маккенна почувствовала, как упала ее накидка, и прохладный воздух овеял обнаженное тело. Становилось трудно дышать, невозможно сконцентрироваться, зная, что близнецы видят ее обнаженной, открытой для них.

После интенсивной и мучительной паузы, показавшейся вечностью, Виктор оборвал поцелуй. В течение нескольких долгих мгновений все, что он делал – смотрел на возлюбленную, его дыхание было тяжелым. Маккенна больше не чувствовала прикосновений губ Кристофера, но ощущала, как его рука нежно скользнула по ее животу.