На это девушка лишь кивнула, еще раз посмотрела на родителей, Стивена, и отвернулась от них. Для чего она вернулась? Сказать им, что жива, в надежде на то, что несмотря ни на что, они примут ее с распростертыми объятиями? Неужели Бетани действительно верила — они поймут, в какую жизнь ее втянули? Эти люди прекрасно жили в своём, любовно созданном эгоцентричном мирке. Она была на грани того, чтобы с радостью вернуться к Эйбу и обратно стать его пленницей.

Бетани протиснулась мимо охранников, которые выглядели такими же ошарашенными, как и она, и направилась обратно по коридору и вверх по богато украшенной лестнице. Звуки шагов, следующих за ней людей, не заставили ее остановиться и обернуться. Девушка хотела собрать вещи и свалить из этой дыры. Оказавшись в своей комнате, она захлопнула дверь и подошла к маленькой вазе, стоявшей за книгами, являющими первыми изданиями. Ее комната не изменилась, и даже выглядела так, как будто у них всё ещё была горничная, приходящая раз в день, чтобы убрать. Схватив вазу и открыв крышку, она выдохнула, увидев пачку денег, которую копила гораздо дольше, чем могла вспомнить. Банковский счет был официальным, но это была ее собственная заначка, которую она мечтала использовать для поездок за границу или для покупки чего-то, что не было бы одобрено отцом и матерью.

Бетани подошла к своему шкафу, схватила одну из сумок и начала набивать ее одеждой. Как раз доставала нижнее белье и носки из комода, когда дверь ее спальни с грохотом распахнулась. Она обернулась, увидев разъяренного отца и встревоженную мать, просто проигнорировала их обоих. Девушка убиралась отсюда к чертовой матери и не собиралась передумывать. Она знала, какое место занимала в их жизни, и эта ситуация ни на что не изменила бы их взглядов.

— Ты скажешь мне, почему, черт возьми, ты думала, что сможешь вот так сбежать, а потом внезапно вернуться, выглядя как… — Он оглядел ее с ног до головы, и с каждой секундой его отвращение становилось все более очевидным. — …выглядя так, как будто ты трахалась в лесу, как чертово животное.

Сдавленный звук вырвался у нее при жестоких словах отца. Никаких вопросов о том, все ли с ней в порядке, где она была и почему она "ушла" таким образом.

— Ну? Ни одна моя дочь не войдет в мой дом…

— Роберт, пожалуйста, успокойся. Твоё кровяное давление. — Подала голос ее мать, которая успокаивала отца, разряжая обстановку, ведь она была идеальной маленькой степфордской женой.

Стивен прошел мимо ее родителей и улыбнулся.

— Бетани, милая, что с тобой случилось? — Он протянул к ней руку и девушка посмотрела на его ладонь.

Покачала головой, схватила сумку, стоявшую на комоде, и засунула деньги внутрь. Она не хотела быть частью это спектакля.

— Вы, ребята, сидите здесь в дизайнерской одежде, со своими изумрудами, бриллиантами и кубинскими сигарами и смотрите свысока на всех остальных, кто не соответствует вашим стандартам. — Теперь Бетани плакала, но это были слезы злости, слезы ненависти, и они ждали достаточно долго, чтобы пролиться.

— Ты ожидала, что мы одобрим твой побег, когда уже была организованна свадьба со Стивеном? Ты опозорила эту семью, а потом, когда случайная интрижка перестала приносить веселье, вернулся сюда, выглядя как бродяга.

— Ты думаешь обо мне, как о какой-то пешке, с которой можно делать всё, что тебе заблагорассудится? — Бетани закрыла глаза, покачала головой и невесело усмехнулась. — Конечно, ты так думаешь. Какой глупой, глупой девчонкой я была, думая, что ты волнуешься обо мне или о том, что со мной случилось. Лучше бы я осталась в… — Девушка замолчала, оборвала себя, что-то внутри неё приказало ей заткнуться. Эти люди ничего от нее не заслуживали, не говоря уже о том, чтобы получить объяснения, где она была.

— Где ты была? — Снова спросил ее отец, его голос был таким же жестким, как и тогда, когда он впервые увидел ее. Не было ни тепла, ни любви… Ничего, что она чувствовала с Эйбом во время своего короткого пребывания с ним. Боже, если это не откроет ей глаза на реальность, она не знала, что тогда.

— Бетани, никто на тебя не сердится. Мы просто хотим знать, что с тобой всё было в порядке. — Стивен придвинулся к ней ближе.

Нет, они не хотели знать, в порядке ли она. Эти люди заботились только о себе.

— Уходите, — тихо сказала девушка. Никто не пошевелился. — Уходите, — приказала она громче, вкладывая в слова больше силы, и позаботилась, что с каждым встретилась взглядом. Ее мать и Стивен ушли, но, конечно, Роберт остался, пытаясь заявить о своём доминировании. Это была очень знакомая ситуация.

— Закрой дверь, Стивен, — велел ее отец, не отрывая взгляда от своей дочери. Когда дверь закрылась, ее отец громко выдохнул, закрыл глаза и что-то проворчал себе под нос.

— Мне нечего тебе сказать. У меня нет объяснения тому, что произошло. — О, конечно, она могла бы сказать ему правду, но какое значение это имело бы на самом деле?

Никакого.