Касс ничего не сказал сразу, проводя рукой по своему щетинистому подбородку, пока он обдумывал эту новую информацию, все время хмурясь.

— Чейза Локхарта? спросил он. — Он погиб вместе с остальными людьми твоего отца, не так ли?

Я кивнула. Мы с Кассом не встречались до того, как я не возглавила «Лесных волков». Он, вероятно, понятия не имел, насколько глубоко Локхарты были сплетены с моим отцом. Он также не знал о моей истории с Чейзом.

— Мы были помолвлены, — призналась я, затем закрыла рот. Вот вам и просто предложение одной невинной информации, которой трудно укусить за задницу. Это, казалось, шокировало Касса больше всего на свете.

— Тебе было всего восемнадцать, — сказал он, и я пожала плечами. Я не стала вываливать всех тараканов о моем испорченного воспитании, когда у нас был редкий момент открытого общения.

— Итак? — подсказала я. — Твоя очередь. В чем твоя проблема?

Его взгляд вернулся к моему, и я знала, что он собирается солгать мне.

— Ты меня не привлекаешь, — сказал он ровным рычанием. — Ты слишком молода для меня.

На мгновение я выдержала его немигающий взгляд, выражение моего лица застыло в пустой маске, чтобы скрыть то, как разочарование пронзило мою грудь. Правда это или нет, но эти слова ранили больше, чем мне бы того хотелось.

— Иди работай над своими проблемами, как профессионал, Касс, — сказала я ему холодным голосом. — У меня достаточно дерьма, с которым нужно разобраться. — Я отвела взгляд от него, переключив свое внимание на дорогу впереди, и снова завела двигатель.

В увольнении не было сомнений, и секундой позже Касс распахнул дверь и вылез наружу, не сказав больше ни слова.

Я отъехала от бордюра еще до того, как его дверь полностью закрылась, чувствуя незнакомый и нежеланный жгучий жар непролитых слез в глубине глаз.

К черту это, однако. Еще не хватало, чтобы я плакала из-за лжеца. Я не плакала больше десяти лет.

Итак, я сделала то, что обычно делала. Я разложила все по полочкам. Взяла это болезненное, колючее чувство обиды, разочарования и отвержения, затем запихнула их в маленькую ментальную коробку, заперла ее и выбросила чертов ключ.

Касс мог поцеловать мою чертову задницу. Я больше не потрачу на него ни секунды.

К тому времени, как я вернулась домой, я успокоилась. Стала отстраненной и истощенной, но спокойной. Машина Сеф стояла на стоянке, и я вздохнула с облегчением. Моя младшая сестра была таким жизнерадостным лучиком солнца, что могла заставить меня улыбаться, каким бы плохим ни было мое настроение. Я заказала ее любимую китайскую еду из ресторана за углом, хотя было еще рано. Мой обед с Зедом задержался, но спор с Кассом оставил во мне пустоту, так что я могла использовать глутамат натрия в желудке.

Я только могла надеяться, что она не собирается снова восхвалять Лукаса, как делала это всю чертову неделю. Как будто недостаточно было удалять его сообщения и отклонять его звонки. Однако на всякий случай я изменила его контакт в своем телефоне на более анонимный.

Пока лифт поднимал меня на наш этаж, я распустила резинку и взъерошила волосы, почувствовав облегчение от снятия напряжения на голове.

Когда двери моего коридора открылись, я сбросила каблуки и, подобрав их, пошла босиком к своей двери. Биометрический сканер считал мой отпечаток пальца и издал тихий писк, открывая дверь для меня, и я зевнула, входя в квартиру.

— Сеф! — крикнула я, закрывая дверь и бросая туфли на ковер возле стола в холле. — Я дома! Я заказала китайскую еду. Еще рано для ужина?

Я огляделась, но не найдя ее, решила, что она, вероятно, в своей комнате. Так что я пошла на кухню, чтобы налить бокал вина.

— Привет! — Моя сестра появилась из-за угла, где располагалась наша вторая гостиная. В помещении был огромный девяностодюймовый плоский экран и огромный замшевый диван, на котором было слишком легко заснуть. — Дар, в пятницу ты обычно не приходишь домой так рано. Разве ты не должна быть в клубах?

Она вела себя странно. Ее глаза были слишком широко раскрыты, а щеки покраснели. Я подозрительно покосился на нее.

— Я была не в настроении, — ответила я. — Почему ты… — выдохнула я. — У тебя здесь есть парень?

Брови Сеф взлетели вверх, губы приоткрылись, но изо рта не вырвалось ни звука.

— Боже мой, Сеф! — крикнула я, машинально вытаскивая пистолет. — Ты привела домой парня? Сюда? О чем, черт возьми, ты думала?

Паника промелькнула на ее лице, но мгновенно исчезла, а ее подбородок поднялся в знакомой упрямой позе.