Джордан издал короткий смешок, глядя на меня с дисплея своего устройства чтения на ладони.

— Детка, ты практически, блядь, родилась , чтобы быть в Обществе, независимо от того, насколько сильно мы бы предпочли, чтобы ты держалась от этого подальше.

Раф издал собственный смешок. — Он прав. У тебя даже древняя королевская фамилия, как бы уже кричащая что монархам пора уже идти нахуй. Члены высшего звена Общества, вероятно, волнуются сильнее, чем в тот день, когда мы с Джорди присоединились.

Это напомнило мне кое что.

— Мне было интересно, как это работает, — призналась я. Я официально закончила мыть каждый чертов дюйм себя и мгновение колебалась, прежде чем выбросить свою скромность и неуверенность в себе в метафорическое окно. — Передашь мне полотенце? — Я выключила воду и приоткрыла дверцу душа ровно настолько, чтобы высунуть руку.

Джордан был поглощен тем, что он делал на своем считывателе на ладони, поэтому Раф соскользнул с моего туалетного столика и подошел с полотенцем в руках. Но выражение его лица? Чистое зло.

— Раф, — рявкнула я, когда он остановился с этим вне моей досягаемости. — Передай мне это чертово полотенце.

Уголки его рта приподнялись, а в глазах вспыхнул вызов.

— Приди и возьми это, Золушка.

Бормоча проклятия в его адрес, я распахнула дверь душа и потянулась за полотенцем. Но в последнюю секунду он выдернул его из моей досягаемости, заставив меня догнать его. Голой.

— Что ты делаешь? — Спросила я его тихим голосом, хватаясь за полотенце и в итоге прижимаясь к его груди.

Раф только ухмыльнулся, отпуская мое полотенце и кладя руки мне на талию. Его голова опустилась, и я ахнула, мои глаза метнулись к Джордану за долю секунды до того, как рот Рафа встретился с моим. Он целовал меня долго и крепко, его руки скользнули по моей влажной коже, чтобы схватить меня за задницу, и я пискнула от неожиданности.

— Раф, — выдохнула я, отодвигаясь на дюйм — настолько, насколько он позволил мне продвинуться. — Что ты делаешь? — Я снова посмотрела на Джордана и обнаружила, что он уставился на нас, на мгновение забыв о своем исчислителе. Его лицо было тщательно нейтральным, но когда его глаза заметили руку Рафа на моей обнаженной заднице, его челюсти сжались.

— На что это похоже, что я делаю? — Прошептал Раф в ответ, хватая зубами мочку моего уха и посылая дрожь чистого, неразбавленного желания, пробегающего по мне. — Я заявляю права. — Его губы ласкали мою шею, посасывая плоть и исторгая из меня тихий, непроизвольный стон.

Черт возьми.

Джордан резко встал, закрыв дисплей своего устройства считывания данных на ладони, затем вышел из ванной. Дверь за ним захлопнулась, и я оттолкнула Рафа от себя.

— Зачем ты это сделал? — Спросила я, хмуро глядя на него, когда обернула полотенце вокруг своего обнаженного тела. Мне нужна была какая-то форма брони, даже если это была просто банная простыня.

Он пожал одним плечом, проводя большим пальцем по нижней губе, как будто все еще наслаждался вкусом моего рта.

— Знание чего-то в теории и видение этого собственными глазами иногда могут вызвать очень разные реакции. Ему, черт возьми, пора было взглянуть в лицо реальности.

Я усмехнулась, хватая другое полотенце с туалетного столика и грубо вытирая волосы. Мой взгляд остановился на нем в зеркале, но он не выглядел ни в малейшей степени раскаивающимся.

— О да? — Я надавила. — И что это за реальность, в точности? Что его лучший друг — бесчувственный мудак? — Да, я сваливала всю вину на Рафа, несмотря на то, что я поцеловала его в ответ.

Раф усмехнулся, мрачным, самоуничижительным звуком.

— О, прекрасная девушка, он уже знал это. — Он шагнул ближе, прижимая меня к туалетному столику и снова собственнически кладя руки мне на талию. — Но реальность такова, что я хочу тебя, и меня больше не удовлетворяет быстрый трах с ненавистью в темных углах. — Его пристальный взгляд встретился с моим в зеркале, и я вздрогнула от отраженного во мне темного желания. — И Джордану нужно было знать… что ты тоже хочешь меня.

Он оставил легкий поцелуй на изгибе моей шеи, затем вышел из ванной.

Я долго стояла там, глядя на себя в зеркало и задаваясь вопросом, как, черт возьми, Раф мог подумать, что сейчас подходящее время для обсуждения вопроса о нашем любовном треугольнике. Сейчас. После того, как мы втроем только что убили медсестру академии посреди ночи.

Не то чтобы это был настоящий любовный треугольник. Это подразумевало, что здесь замешана любовь, и я была не настолько глупа, чтобы снова так скоро рисковать своим сердцем. Не с двумя самыми большими принцами-плейбоями во всей академии. Ни за что.

Глава 27

С тех пор, как я, наконец, вышла из ванной, напряжение между мальчиками исчезло, и все, казалось, почти вернулось в норму. Почти.