Черт, Стар начинала мне нравиться. Это очень плохо, ведь она сестра похитителей. Но она такая милая. И умная.

Мы зашли в гардероб, и я опять ее возненавидела, потому что он был просто офигенным. Самый крутой из всех, которые я когда-либо видела. Я бы тут жить осталась. Везет же некоторым…

— Знаю, он, конечно, маловат, — поморщилась она, оглядевшись. — Но, думаю, мы найдем тут что-нибудь подходящее.

Серьезно? Да она с ума сошла! Эта комната была размером с магазин. Я бы столько и за всю жизнь не перемерила. В середине даже стоял специальный круглый белый пуфик, чтобы сидеть там на нем, любуясь собой и нарядами. Над этим прекрасным троном висел витой канделябр, освещавший все мягким светом.

Она, кажется, ждала ответа, так что я кивнула:

— Да, придется попотеть, но что-нибудь уж найдем.

Стар кивнула как перед кровавой битвой, и тут же бросилась на опасные поиски вглубь страны чудес. А я медленно поплелась за ней, щупая вытянутой рукой висящие наряды. Шла и вспоминала как сильно любила наряжаться, и что уже давно не думала об одежде. Может, я и любительница почитать дома книжку, да шарфик связать, но к шмоткам всегда питала слабость. После пожара решила, что впредь не буду думать о такой ерунде, а все, что мне нужно — пара джинсов и несколько футболок. Попа прикрыта — да и ладно. Сейчас же в груди все сжалось почти так же сильно, как от воспоминаний о родителях, будто я безвозвратно потеряла часть себя.

— Вот то, что нужно! — счастливый возглас Стар вырвал меня из меланхолии, и я побежала на звук. В одной руке она держала темно-голубое платье: длинные рукава, круглый вырез, слегка приталенное, расклешенная юбка; в другой руке — туфли на сравнительно высоких каблуках. Это меня ничуть не смущало: бегать на таких я не умела, а вот ходить была почти мастером.

Я погладила ткань:

— Оно прекрасно. Надеюсь влезу в него.

Платье и туфли перешли ко мне, а мисс Щедрость куда-то исчезла, покопалась в каких-то ящиках и вернулась с новеньким набором черного нижнего белья — даже этикетки были на месте. На платье тоже был ценник. Думаю, я вся побелела, когда увидела цены.

Платье стоило больше машины родителей.

— Ээм, а мне точно можно это надеть? Это очень дорого, ведь, стоит.

Стар рассмеялась:

— Да что ты, это меньшее, что я могу для тебя сделать, ведь ты тут из-за меня. — Она наклонилась поближе и заговорщецким шепотом продолжила, — Надеюсь, члены Совета не захотят с тобой встречаться. Они такая заноза в… К тому же, ты ничегошеньки не сделала. Так что, думаю, ты быстро вернешься к обычной жизни.

Прижав платье, я вдруг осознала, что совсем забыла кто я и где.

Я заложница, а не с подружкой одежку обсуждаю. Не стоило забывать что я, возможно, находилась в доме сверхлюдей, и могу вообще отсюда не выйти на своих ногах.

— 7-

И вот я уже стояла в королевской ванной, и все не могла перестать пялиться на себя в зеркало. Это платье за пять тысяч будто на меня шили. Вырез делал грудь больше, чем я думала, а ноги казались стройнее. Так вот почему богатые так круто выглядят?

Не вздумай привыкать, сказала я себе, еще и еще пробегая руками по мягкой ткани. Я глянула вниз и с трудом сдержала визг — эти офигенные черные туфли сидели идеально. Видать, у нас со Стар по какому-то странному стечению обстоятельств, был один и тот же размер ноги и груди.

— Ты там как?

Я обернулась на вежливый стук в закрытую дверь.

— Ага, все хорошо, сейчас выйду.

Я провела рукой по волосам: ничего не поделаешь, они высохли, и теперь непокорные кудри торчали, как хотели. Макияжа на мне не было, да и впечатлять я никого не собиралась.

Я вышла, цокая каблуками. Стар стояла у стены. Теперь мы были одного роста. Я заметила, что она тоже переоделась: на ней были туфли, похожие на мои, но с каблуком поменьше.

— Ааа, ты выглядишь сногсшибательно! — воскликнула она. — Знала, что будет круто, если у меня будет подружка!

Я даже замерла:

— У тебя что, никогда не было друга?

Она помотала головой, волны шелковистых темных волос гладили ее плечи.

— Нет, я впервые покинула дом. Это было непросто, так что буду наслаждаться свободой по полной.

Я почувствовала внезапную симпатию к ней:

— Если уговоришь братьев меня не убивать, с радостью буду твоей подружкой.

Несмотря на все предыдущие попытки помнить кто она, а кто я, Стар мне очень нравилась. Было в ней что-то невинное, что меня притягивало.

Она взвизгнула:

— Ааа, мы будем лучшими подружками, это точно!

Стар была очень нежной, ее нужно было защищать, может поэтому я и чувствовала связь с ней.

— Надеюсь, Лексен еще не вернулся, — сказала она, когда мы вошли в зал. — Он, как и отец, не любит, когда его приказы не выполняются, и начинает капризничать.

Я хрюкнула, Стар внимательно глянула на меня.