Моя комната оказалась одним из самых приятных мест, где я когда-либо останавливалась. У меня была двуспальная кровать с мягкими простынями и толстым одеялом. Ванные комнаты были общими, но на этом этаже их было не менее десяти, так что, по словам моих очень услужливых гидов, одна из них, как правило, была свободна. Теперь они обе лежали на моей кровати, и между нами тремя возникло ощущение легкости, которого, я не была уверена, что когда-либо испытывала с кем-либо из друзей.

— Итак… какие мифы о сверхъестественных существах правдивы? — спросила я, убирая свои несколько комплектов одежды. — Ларисса вышла на солнечный свет, так что, полагаю, вампиры не сгорают дотла?

Я обнаружила, что они обе широко улыбаются мне.

— Что? — Я фыркнула, уперев руки в бока.

— Твоя человеческая натура проявляется, девочка, — сказала Илия, взъерошив свои роскошные волосы, прежде чем вскочить на ноги. — Я собираюсь предоставить объяснения Лариссе, у меня куча бумажной работы перед сегодняшним свиданием с оборотнем. — Она сделала паузу. — О, и я запрограммировала твою дверь на распознавание моей и Лариссиной энергии, так что, если тебе когда-нибудь понадобится, чтобы мы что-нибудь взяли отсюда, просто приложи руку к панели и добавь нас на экран доступа.

Я кивнула. Она показала мне, как отпереть мою комнату, которая была настроена на мою энергию. Никто не мог войти в нее без моего разрешения, что было огромным облегчением.

Илия ушла, вся в рыжих волосах и энергии, и остались только мы с Ларисой.

— Отвечая на твой вопрос, — сказала Ларисса, — некоторые мифы правдивы. Иногда мы оступаемся и показываем себя людям. После этого появляются истории, и рождается миф. По большей части, все сверхъестественные существа обладают очень похожими чертами характера. Мы сильны, быстры и быстро выздоравливаем. Средняя продолжительность нашей жизни составляет восемьсот лет, и мы невосприимчивы к большинству человеческих болезней и тревог.

Я кашлянула.

— Восемь. Сотен. Лет?

От постоянного моргания у меня чесались глаза, но я, казалось, не могла перестать это делать. Она, должно быть, разбивала мне голову.

— Я проживу еще восемьсот гребаных лет?

Ларисса даже усмехнулась, глядя на меня.

— Я не уверена, что это будут гребаные годы, но да, ты должна прожить так долго. Ну, знаешь, если никого не разозлишь.

Мы обе рассмеялись, и я опустилась рядом с ней.

— Значит, первыми пришли атланты, — сказала я, улаживая все это в голове, — а потом эта земля затонула, и после этого из Волшебной страны пришли другие супы? И есть четыре расы, которые все в чем-то похожи, просто у них есть несколько уникальных способностей, отличающих их друг от друга?

Ларисса выпрямилась.

— Ого, ты уже многое поняла о нашем мире, учитывая, что пробыла в нем всего несколько часов. Это довольно точно, и, конечно, полу-фейри, а это совсем другая история.

Как будто я когда-нибудь смогу забыть Мосси.

— Это огромная логическая головоломка. Мне нравится собирать все кусочки вместе.

Ларисса снова откинулась на спинку стула.

— Вот еще несколько кусочков. Вампирам нужна дополнительная кровь, чтобы питать клетки. Мы не можем регенерировать их достаточно быстро самостоятельно. Дополнительным преимуществом этого является то, что чем больше крови мы пьем, и чем она свежее, тем сильнее становимся. Мы самые быстрые из всех супов и можем использовать принуждение, чтобы контролировать тех, кто слабее нас. — Я ахнула, а она быстро покачала головой. — Не беспокойся об этом, это очень редко используется, потому что, если ты потеряешь контроль, у тебя на руках окажется разъяренный суп.

Невероятно, блядь.

— А оборотни… не требуют объяснений?

Она кивнула.

— Да, существует множество животных-оборотней, и обычно они являются частью стаи, названной так потому, что волки-оборотни — самые сильные представители этой расы. Они сильные и преданные, очень близки к природе, и они очень чувствительны, так что не думай дважды, когда они обнимают тебя без причины.

Она скользнула рукой ко мне и взяла меня под руку.

— На самом деле, все супы любят прикосновения. Это, знаешь ли, успокаивает.

Я провела большую часть своей жизни, стараясь, чтобы меня не трогали долбанутые парни, но, должна признать, такое дружеское пожатие руки было приятным.

Отстранившись, я продолжила:

— Фейри?

Ларисса прочистила горло.

— Последние, кто перешел из Волшебной страны. Они — элементали. Им нравится играть с огнем, ветром, водой и так далее. Они также близки к природе и всегда выглядят такими собранными. Что-то в них кажется… невозмутимым.

Фыркнув, я уронила голову на мягкую кровать.

— Думаю, я знаю, почему «ведьма» — логичный выбор для меня.

Во мне и моей внешности не было абсолютно ничего общего.

Ларисса усмехнулась.