Миша медленно поднялась, пока мы не оказались лицом к лицу.

— Да.

Мы были зеркальными отражениями, стоящими лицом к лицу.

— Мы не можем им доверять, независимо от того, какую чушь они рассказывают об оружии для общества. Это как-то связано с королем-драконом.

Она опустила подбородок. Ее покорная поза вывела меня из себя, и я поборола желание взять ее за подбородок и запрокинуть лицо вверх.

— Они … они помогли мне выбраться. У меня были небольшие неприятности с одним из оборотней, и они спасли мою задницу.

А в ответ они уговорили ее на подозрительный план проникновения в тюрьму. Миша дала слово, а мы старались не нарушать своего слова. Слова имеют силу, и нехорошо искушать богов невыполненными обещаниями.

— Могут ли фруктовые близнецы превращаться в драконов?

Полные губы Миши приоткрылись, моя смена темы удивила ее.

— Нет, они даже не оборотни. Они никогда не говорили мне, к какой расе они принадлежат, но иногда они используют магию, поэтому я думаю, что ведьмы. И я знаю, что не ответила тебе раньше, когда ты спрашивала, но их метка совсем не похожа на твою. Она маленькая.

Я знала, что за ее странным выражением лица за столом что-то скрывалось. Черт, черт, черт. Это была полная чушь. Я действительно надеялась, что я не была особенной в уже выбранной компании. Что бы ни значило пребывать на севере, это было не очень хорошо, я знала это без сомнения. Слова джинна эхом отдавались в моей голове.

Я была избранной. Я была особенной. Я так чертовски облажалась.

Следующие слова я процедила сквозь стиснутые зубы.

— Когда должен состояться этот блестящий взлом с проникновением?

Я ни за что не оставила бы Мишу в таком положении. Я чувствовала ауру зла, исходящую от этих сучек, и не сомневалась, что, если не пойду с ними, они оставят ее на попечение заключенных. Я понятия не имела, как смогу убедить Компассов и своего отца. Они будут спорить с нами по этому поводу.

— Э-э-э, это будет, э-э-э… — Она начала заикаться, и я изо всех сил старалась не накричать на нее. — Завтра, — наконец закончила она. — Мы должны пойти туда завтра.

Я должна была знать, что это произойдет скоро. У них почти не было времени. Приближался крайний срок освобождения короля, и какие бы планы они ни планировали осуществить, что ж, это должно было произойти в ближайшие несколько дней. — Я должна сказать папе и Четверке.

Если что-то пойдет не так, нам понадобится помощь.

Миша еще сильнее сжала губы, оставляя следы от зубов на розовой коже.

— Близнецам это не понравится. Для них все это тайна, но… я бы чувствовала себя лучше, если бы мама с папой знали.

Она больше почти не упоминала о Компассах.

— Девочка, как долго ты собираешься злиться на Максимуса? Это вредно для здоровья, ты должна отпустить. — Я хлопнула в ладоши. — Думаю, все, что нам сейчас нужно, — это шанс побегать.

Я скучала по своему волку, а Миша определенно не уделяла достаточно времени изучению своего животного. Мы немного сходили с ума, если не менялись достаточно часто. Пришло время.

Она подпрыгнула на месте, эмоции отражались на ее лице так быстро, что мне было трудно их все перечислить. Но в основном она казалась взволнованной.

Я так переживала. Мы вместе вышли из нашей комнаты. Я снова взяла мобильный и, прокрутив его, нашла нужные номера. Я отправила очень короткие сообщения, объясняющие, куда мы с Мишей направляемся. Не дожидаясь ответа, я снова бросила телефон на скамейку и вместе с сестрой вышла из квартиры и вошла в лифт.

Миша держал меня за руку, мы обе ненавидели эту коробку, которая была нашим единственным способом выбраться из здания. Моя близняшка отвлекла нас обеих, поделившись своей сердечной болью.

— Я не злюсь на Компассов, Джесс, мне стыдно, что я позволила себе так увлечься чем-то нереальным. Не то чтобы Макс давал мне какие-то обещания или делал что-то еще, кроме того, что был хорошим другом. Конечно, мы флиртовали, но, похоже, с этими парнями так принято. Они флиртуют так часто, как только могут. Я просто хотела, чтобы все было по — настоящему, и пыталась справиться со своей собственной глупостью…

— Это привело тебя к очередному проявлению глупости. Объединение с фруктовыми близнецами не было для тебя самым ярким моментом.

Она вздохнула.

— Они были добры ко мне, я пока не буду их осуждать.

— Они угрожали оставить тебя в Кракове!

— Им просто нужен был способ убедиться, что ты поможешь. В этом не было ничего личного.

Черт возьми. Тревожная тупица.

Серьезно, кто-то должен был спасти нас от ее кровоточащего сердца, они играли на ней, как на скрипке. И теперь всем нам предстояло заплатить. Скорее всего, Четверка схватит меня и скроется.