— Я так рада, что с тобой все в порядке, Джейк. Я так сильно тебя люблю.

Он обнял меня в ответ, поморщившись, когда я задела его ожоги.

— Я тоже люблю тебя, Джесс. Спасибо, что надрала ему задницу, пока не прилетел золотой дракон.

Я фыркнула, наслаждаясь моментом, когда меня окутала стихийная магия моего Компасса-фейри.

— На самом деле, он здорово надрал мне задницу. Но каким-то образом мы справились.

Его губы коснулись моей щеки в нежном поцелуе, прежде чем меня передали Тайсону. Маг выглядел намного лучше. Его магия загудела, когда я прижалась к нему.

— Чувствую тебя настоящим колдуном, дружок.

Я поддразнивала его, но в его энергии чувствовался особый колдовской напор.

— Ты всегда знаешь, что сказать, Джесса, детка, чтобы мужчина был доволен.

Я потрепала его по щеке, той, что не пострадала, и поднялась. Следующим в моем списке был Максимус. Он был без сознания, но я не смогла удержаться от того, чтобы не протянуть руку и не распластаться на его широкой груди. Я замедлила биение своего сердца, чтобы подстроиться под его ритм, и лежала так, стараясь успокоить его, сколько могла.

— Мы любим тебя, Макс. Пожалуйста, вернись к нам. Кардия хотела бы, чтобы ты выжил, вернулся в свою стаю. Ты знаешь, что мы не можем существовать без тебя. Ты дополняешь нас.

Миша опустилась на колени рядом со мной, и хотя она была не так дружелюбна, как я, она все же нежно положила руку ему на плечо.

— У тебя больше причин вернуться, чем ты думаешь, и когда ты будешь готов, мы будем ждать тебя.

Я широко раскрыла глаза, глядя на нее. Возможно, его ребенок — единственное, что могло бы вывести его из этой глубокой тьмы, но Миша покачала головой. Она не была готова сказать ему об этом вот так; я чувствовала, что для нее сейчас неподходящий момент. Она надеялась, что он вернется к жизни самостоятельно и станет таким отцом, каким она его себе представляла. У меня не хватило духу сказать ей, что Максимус уже никогда не будет прежним. Ей придется изменить свое мышление, чтобы приспособиться к новой реальности, в которой она станет членом нашей стаи.

Джонатан и Лиенда стояли в сторонке, обнявшись. По их лицам я поняла, что они оба знали о нас с Мишей — практически за одну ночь у них стало двое внуков.

Подождите-ка, черт возьми, минутку… золотая дракон сказала «души-близнецы». Что она имела в виду?

— Закрой эту чертову дверь. — Я развернулась и ткнула пальцем в Брекстона. — Чувак, почему ты всегда стараешься изо всех сил?

Судя по нашей связи, он точно знал, о чем я говорю.

Его ухмылка была достаточным ответом, чтобы вскочить на ноги и повалить его на землю. Я несколько минут колотила его, а он делал вид, что не дает мне победить. Мой волк был доволен нашим выступлением, а мне было приятно узнать, что даже без моего дракона я все еще доминирую, все еще альфа.

Я все еще была собой.

Глава 20

Следующие несколько часов были невеселыми, как… вообще. Мы собрали павших и сложили их в центре города для одного большого посвящения богам. У каждой расы были свои собственные ритуалы смерти, но во время войны массовое сожжение всегда было обычным делом.

Я шла вдоль строя, Брекстон с одной стороны, Миша с другой, остальные члены моей семьи и стаи следовали за мной разными шагами, все мы смешались с другими выжившими. Мы молча благословляли тела погибших, благодаря их за службу нашему народу. Я сдерживала свои эмоции… пока не прошла примерно половину пути вдоль одного из длинных рядов…

Мое внимание привлекло маленькое знакомое личико.

— Нет! — воскликнула я, падая на колени рядом с ней. — Нет… Роза! Я не могу… черт возьми!

Я была опустошена, мне хотелось разрыдаться, но я была слишком ошеломлена, чтобы плакать дальше. Она была такой совершенной, красивой и миниатюрной, первый отмеченный дракон, который страдал больше, чем кто-либо из нас, проводник королевской силы, чья кровь текла через всех отмеченных. Она заслуживала гораздо большего, чем это, — наконец-то получить шанс на свободу…

— Что случилось? — спросила я, не видя никаких повреждений. Ее кожа по-прежнему была такого же идеального оттенка, темная и гладкая, но без того тепла, которое было у нее при жизни.

Грейс ответила мне. С тех пор как Кардия была убита, лицо ведьмы оставалось непроницаемым, но она продолжала использовать свое исцеление, пока у нее оставались силы.

— Я слышала, что когда отмеченные направили свою энергию в Живокость, она обезумела, закричала, кровь хлынула у нее из глаз, носа и рта. Некоторые целители пытались помочь ей, но она просто упала.

Живчик так отчаянно хотела победить… он направил через нее слишком много энергии, уничтожив ее… прежде чем я смогла остановить его. Какого хрена? Жизнь не должна быть такой несправедливой.