— Люди совершают ошибки, — сказала она. — Рэйчел совершила несколько и сожалеет об этом.

— Тогда ей следует объясниться перед Джеймсом, разве нет? — отрезала я, глядя Джез в глаза.

— О, она так и сделает, — Джез усмехнулась. — И он выслушает ее, когда будет готов. А пока пусть поразвлечется и поймет, что скучает по ней. Знаешь, он ведь скучает по ней, он был без ума от нее, видела бы ты их вместе. Он был опьянен. Не сложно понять почему, она прекрасна.

— Уверена, что так и есть, — сказала я, выливая свой кофе в раковину. — Если ты не возражаешь, мне нужно в душ. Сказать Ребекке, что ты заходила?

Она поставила свою кружку на стол.

— Не волнуйся, я уже ухожу, и не беспокойся о Ребекке, я встречусь с ней завтра на работе. На самом деле, я пришла, чтобы встретиться с тобой, — она улыбнулась мне. — Наша встреча была лишь вопросом времени. Было поучительно, нам следует еще как-нибудь пересечься.

Никогда в жизни. Я оставалась в ванной комнате до тех пор, пока не услышала, как хлопнула входная дверь.

***

— Джез была здесь? — отрезала Бекс. — Одна?

— Ага, она крайне нахальная, — сказала я, наливая вино. — Весьма интересный персонаж.

— Ага, персонаж. Но что за херня? Она не должна была быть в нашей гребаной квартире, я хочу, чтобы она вернула мне ключи.

— Она ведь хозяйка.

— Несмотря на это, я ей, черт возьми, плачу за нее, — Ребекка сняла обувь и развалилась на диване с бокалом вина в руке. — Ну и что она тебе сказала?

— Намного важнее, что я сказала ей, — перебила я. — Я думала, что это ты на балконе. Я сказала ей, уверенная, что говорю тебе, что Джеймс трахал меня в задницу на своем рабочем столе.

— Черт, — сказала она, ее глаза потемнели. — И что она на это ответила?

— Она сказала много чего, — я села напротив. — Ты не говорила мне, что разлучила Джеймса с Рэйчел.

— Я не разлучала их, это полная херня.

— Джез так не думает.

— Эта сука должна прекратить смешивать меня с дерьмом, — вздохнула Ребекка, наклонившись вперед. — Я сделала Рэйчел последнее предупреждение, хотя она уже изменила Джеймсу с десятками мужчин. Он был честен с ней, а ей давалось слишком много шансов. Я сказала ей, что расскажу ему правду, если она не прекратит, но ей было плевать. Однажды ночью Рэйчел была в Explicit, она не знала, что я нахожусь в соседней кабинке. Я слышала каждое чертово слово, которое она произносила.

Волоски на моих руках встали дыбом.

— Что она сказала?

— Она планировала еще одну встречу с одним из завсегдатаев клуба, Дэви, одним из их общих знакомых. Это был не первый раз, когда они встречались, и, определенно точно, не последний. Джез может говорить, что, черт возьми, хочет о жизни Рэйчел, но эта сука была шлюхой. Она перетрахалась со всеми в клубе и пошла бы по второму кругу, если бы я не рассказала все Джеймсу.

— Значит, ты рассказала ему?

— Да, я рассказала ему, и он был благодарен за это.

— Джез не согласилась с тобой, и что было потом?

— Джез и Рэйчел были не разлей вода. И да, Джез не согласилась со мной, она сказала, что я должна заниматься своими делами и оставить Рэйчел в покое. Это стало началом конца для нас, но Джеймс был моим другом, и для меня он бы сделал то же самое. Я не хотела, чтобы Рэйчел делала из него еще большего идиота, чем уже сделала на тот момент.

— Должно быть, это было тяжело.

— Было не очень весело, да, — она сделала глоток вина. — Послушай, все это происходило больше полугода, прежде чем я рассказала об этом. Он знал о том, что она изменяет ему, она обещала прекратить и пройти курс лечения, чтобы избавиться от этого дерьма. Только она не смогла остановиться.

— Почему ты думаешь, что она трахалась со всеми подряд?

— Рэйчел гонится за вниманием. Она делает это всю свою жизнь. Ей было недостаточно внимания Джеймса, она хотела, чтобы ее обожали все мужчины вокруг. Они пришли в Explicit, чтобы оживить свои отношения, он думал, что они могли бы открыть новые горизонты, как пара. Только Рэйчел раздвинула горизонты намного шире, чем он, а заодно и свои ноги. Она трахалась больше за пределами Explicit, чем в нем, и Джеймс знал это, он не идиот. Он предупреждал ее много раз, давал ей много шансов. Черт, она бы трахалась и перед ним, только Бог знает, почему она скрывала это от него.

— Ты рассказала ему, и это стало последней каплей?

Она вздохнула.

— Да, это был конец.

— Трудно быть хорошим другом, не так ли?

— Очень сложно. Но я бы ничего не изменила. Он хороший парень, Лидс. Испорченный, брутальный, странный, скрытный и весьма ненормальный парень, но он честен. Он не будет трахать женщин за чьей-то спиной. Вернее, трахать будет, наверняка, — засмеялась она, — но не за чьей-то спиной.