— Если хочешь, — согласился он. — Ты все равно за рулем, и, думаю, это ставит нас в зависимость от твоей прихоти, если только мы не планируем вернуться в Челтенем пешком.

Я посмотрела на моего милого мальчика, и желание вскочить к нему на спину и галопом помчаться через пустошь было настолько сильным, но у меня были и другие желания.

В животе словно что-то скручивалось. Это было странное, неестественное и немного болезненное чувство. Наполненное чем-то тяжелым, пульсирующим чем-то не совсем сексуальным. Я смотрела на двух парней перед собой и восхищалась ими, их непринужденными манерами и добрыми глазами. Их терпению, у них обоих. Времени, которое было у них для меня, да и для Самсона тоже. Их заботе.

У Рика в кармане были мятные леденцы специально для Самсона, а Карл позаботился о том, чтобы проверить мой трейлер.

Они достаточно заботились обо мне, чтобы не побоятся забраться в мое ржавое корыто и тащиться по грязи, чтобы увидеть моего малыша.

Им было не все равно.

И мне тоже.

Щекочущая боль нагрелась и распространилась через меня до самых пальцев ног.

— Поехали домой, — сказала я.

— Домой? — спросил Карл и посмотрел на Рика, а тот улыбнулся. Они оба улыбнулись.

И я тоже улыбнулась.

— Домой, — повторила я.

От меня пахло лошадью и сеном, и я знала это. Я быстро приняла душ, пока парни внизу слушали музыку. В моем животе словно поселился рой бабочек, а киска была горячей и пульсирующей.

Я выбрала одно из своих лучших платьев и надела его без лифчика. Оно было расклешенное, воздушное и слегка коротковатое. Бледно-голубое платье с открытой спиной и завязками вокруг шеи, сквозь ткань которого торчали мои соски, так как не было нижнего белья. Но это было не важно.

Я побрилась везде и боролась с желанием довести себя до оргазма. Ведь реальные мужчины ждали этажом ниже, горячие и возбужденные, а это намного лучше.

Я сбрызнула себя духами, расчесала волосы и решила отказаться от трусиков, просто потому что так захотела.

Просто потому, что хотела, чтобы они знали, что я хотела этого. Просто потому, что я так возбуждена, что не могу думать ни о чем другом.

Рик приготовил легкий ланч. Большую миску салата с какой-то причудливой заправкой. Парни уже сидели за островком и ждали меня, готовые есть.

Карл уставился на мою грудь, я знала, что мои соски гордо торчат.

— Милое платье, — прокомментировал он.

Я села сбоку между ними, и Рик наклонился, чтобы обнять меня за талию. Потом провел языком по моему плечу, и моя киска сжалась при мысли о его пирсинге на моем клиторе.

— Так бы и съел тебя, — ухмыльнулся он, взял мою руку и опустил себе между ног, туда, где вздымались его джинсы. — Я умираю с голоду, — сказал тот. А потом ухмыльнулся, подцепил вилкой салат и начал жевать помидор.

Карл налил мне вина, и я сделала большой глоток.

Он приподнял бровь.

— Планируешь слегка напиться?

Я молча кивнула.

— Это была долгая неделя, так что может быть совсем немного. — Он снова наполнил его, потом налил Рику и поднял свой.

— За долгую, успешную неделю и новый трейлер Кэтти, — сказал он. — Ваше здоровье.

— Аминь, — сказал Рик и похлопал его по спине.

— Аминь. — Улыбнулась я.

Напряжение было таким чертовски горячим, что это было ощутимо. Оно тлело между парнями, которые задерживали взгляды друг на друге, пока они ели. У меня было такое чувство, словно они слились разумами и говорили без слов, а я была главной темой. Это заставляло меня нервничать, испытывать желание и пьянящий гул предвкушения. Я немного поела, а потом выпила. Вино было бодрящим и фруктовым, оно согрело меня. Тепло разлилось в животе, распространилось между бедер, и я сжала их вместе, ерзая на стуле при мысли о том, что ожидало меня.

Сердце пропустило удар, когда Карл опустил столовые приборы. Он промокнул рот салфеткой, и это было чертовски сексуально. Так было всегда.

— Это было восхитительно, — сказал он Рику.

— Не так восхитительно, как десерт, — ответил Рик.

И они уставились на меня, они оба уставились на меня.

— Шоколад. — Рик облизнул губы. — Я уже давно мечтаю о шоколаде (примеч. слэнговое обозначение анального секса).

Ох. Вот черт.

— А ты что думаешь, Кэтти? — спросил Карл. — Как думаешь, Рик был достаточно хорошим для шоколада?

В горле образовался комок, но клитор искрился, гудел и был в отчаянии. Я молча кивнула.

Тогда Карл взял мою тарелку и поставил на свою, а глаза Рика блестели и были такими непристойными.

От этой стороны Рика у меня всегда перехватывало дыхание. Казалось бы, непрошеная, она поднималась как кобра, быстро и гипнотически.

Рик был грязным мальчишкой. Грубым, грязным и абсолютно ненасытным.