Я постаралась отогнать мысли о сыне правителя Альтинга, сосредоточившись на беге. Но не помогало даже пересчитывание ступеней на трибунах и разговор с самой собой о том, какая величественная была изнутри Арена восхождения. Я опять думала о нем, вспоминая те слова на День льда и огня.

«Тот, кто не может перестать думать о тебе, Hafið minn».

– Пошел к черту, – прошипела я себе под нос.

За эти две недели у нас не прошло ни одного индивидуального занятия. Конечно, после того странного проявления нежности Кай превратился в чертов айсберг, с которым столкнулся пароход из старого фильма. Но мне было плевать. Этот человек вызывал у меня только отторжение.

Он – мой враг. И я удостоверилась в этом в очередной раз, когда увидела в новостной ленте академии его видео с какого-то светского вечера. На нем он, конечно же, обнимал Астрид. Но не это заставило меня чуть ли не плюнуть в экран.

Когда у Кая спросили, правда ли в Академии «505» обучаются дети Карателей, он тихо засмеялся и ответил своим бархатистым голосом:

– Не знаю, что убьет их первым: излишняя самоуверенность или сила Ремали, с которой они никак не могут справиться. Но да, это правда. К глубокому сожалению.

Пошел ты к черту, Кай Алькастер.

Я остановилась и уперла руки в бока, чтобы перевести дыхание. По лбу скатывались бисеринки пота, а легкие, клянусь змеями Роксании Нуар, могли выпрыгнуть через рот.

Снять футболку было лучшим решением, иначе я бы точно превратилась в тающее мороженое. Длинные шорты в цветах академии не мешало бы швырнуть в лицо тренеру Нельсону, но после этого Крэйтон бы сбросился с трибун. Поэтому я могла немного потерпеть.

Сделав глубокий вдох, я продолжила бег.

Однако за меня его кто-то, блядь, закончил.

Я заверещала, когда меня схватили за запястье и потянули в проход за углом пустующих трибун. Сразу же забылись все приемы, которым я научилась на подпольных боях. Чьи-то сильные руки перехватили меня за туловище, чтобы я не брыкалась, но я только усерднее замельтешила конечностями.

– Я не собираюсь тебя убивать, поэтому не надрывай голосовые связки, Hafið.

Мой крик сразу же прервался.

– Кай?

Он всё еще держал меня поперек туловища, прижав спиной к груди. Мои ноги болтались в воздухе, потому что этот ужасный человек был выше меня на голову.

– Отпусти меня! Сейчас же!

– Пообещай, что не будешь кричать, – прошептал он на ухо, заставив меня вздрогнуть.

– Я буду делать всё, что мне заблагорассудится. Поставь меня на землю.

Я спиной почувствовала его тяжелый вздох.

– С тобой невозможно спорить.

На моем лице расплылась победная ухмылка, когда он исполнил мой приказ. Однако она тут же исчезла, потому что Кай развернул меня к себе лицом и придвинулся почти вплотную.

– Что тебе нужно?

Он начал раздеваться.

Он, да простят меня мужья из эротических книг, начал раздеваться!

Подцепив края такой же футболки ультрамаринового цвета с золотыми цифрами кластера около сердца, которую я недавно выкинула черт знает куда, Кай предстал передо мной по пояс обнаженным. Я хлопала ресницами с открытым ртом, глазея на татуировки в виде колючих проволок, что переплетались на груди и уходили под пояс шорт, и пересчитывая кубики словно выточенного из камня пресса.

– Восемь.

Он сделал шаг.

Я уперлась лопатками в стену и посмотрела Каю в глаза. Прекрасно, я впервые видела его без рубашки и лучше бы не видела, черт возьми, до конца своей жизни.

– Что восемь?

– Лет дадут мне за убийство, если ты сейчас же не оденешься.

Я даже не успела пискнуть, как он поднял мои руки и нацепил на меня свою огромную футболку. Клянусь, чтобы лишить меня дара речи, нужно было очень и очень постараться. У Алькастера получалось делать это, даже не прилагая особых усилий.

Он отступил и прошелся взглядом от моей макушки до лодыжек. Его глаза с серебристой каемкой стали темнее ночи, когда остановились на прикрытых футболкой бедрах, отчего мне захотелось позвать кого-нибудь на помощь.

Однако вместо этого я сладко улыбнулась.

– Ты ревнуешь.

– Ты говоришь глупости.

Я придвинулась ближе и провела ногтем сверху вниз по его груди, прослеживая изящные линии татуировок. Черт, это выглядело сексуально. Но почему именно колючая проволока?

– Это не вопрос, Алькастер. Зачем скрывать то, что так очевидно?

Кай быстро перехватил мою руку. Я вздрогнула, когда его горячее тело впервые коснулось меня, хоть и через ткань футболки. Он прижал меня к стене позади, но не грубо, а осторожно, положив одну ладонь на мою спину, чтобы я не ударилась.

Кай – и осторожно. Отлично, у меня помутнение рассудка.