По какой-то причине он верил, что может контролировать каждый аспект моей жизни, и это заставляло меня хотеть кричать от разочарования. Вместо этого я просто закрыла глаза и представила, как Максим лежит на мне, целует меня, снимает с меня платье.

— Черт возьми, Каламити. Прекрати, — прорычал Уэстон.

— Я могу заниматься сексом с кем захочу.

Его глаза сузились.

— Нет, ты не можешь. Как только печать будет открыта, ты сможешь делать все, что захочешь. До тех пор ты будешь девственницей.

Я нахмурилась.

— Почему ты думаешь, что можешь контролировать мою жизнь?

— Почему ты постоянно пытаешься вывести меня из себя?

— Потому что мне это нравится, — пробормотала я, переворачиваясь на другой бок, пытаясь устроиться поудобнее.

Тяжесть моего дня ошеломила меня, и я заснула секундой позже.

МОСТЫ И УКУСЫ

— Вставай. Нам нужно идти, — голос Уэстона был слишком громким, и я застонала и перевернулась.

— Еще даже не рассвело, — проворчала я.

— Вставай.

— Нет.

Мой тюфяк выдернули из-под меня, и я покатилась по земле. В мой бок ткнулась палка.

— Эй!

— Я должен был позволить старому Магу пойти с нами. Может быть, тогда ты была бы более сговорчивой, — отрезал он.

Я проигнорировала его комментарий. Он казался более чем серьезным по поводу того, что не позволил Магу помочь.

— Я могу передумать, — прорычал он.

— Ты можешь не лезть в мою голову, — парировала я, вставая, только из-за того, что в меня ткнули палкой.

Мои ноги были босы, когда я спускалась к ручью. Я использовала короткое время, которое у меня было там, чтобы разработать план.

И я абсолютно ничего не придумала.

Когда я вернулась в лагерь, я увидела, что мое мыло тает в огне, а грязные рубашки незнакомцев разорваны в клочья по всей земле. Должно быть, я действительно сбила его с толку, иначе он не закатил бы такую истерику. Его глаза метнулись ко мне после того, как я подумала об этом.

— Иди сюда, — сказал он спокойно, но немного чересчур спокойно.

Я покачала головой. Я не знала, что он планировал, но я не хотела в этом участвовать.

— Ты можешь сделать это добровольно, или я заставлю тебя сделать это.

— Сделать что? — огрызнулась я.

Что он запланировал на этот раз?

— Ты более изобретательна, чем я думал, — сказал он.

— Конечно, я такая.

Мы неловко уставились друг на друга на мгновение, прежде чем я грустными глазами опустила взгляд на свое мыло в огне. Оттуда пошел покрывающий мой запах. Может быть, странная женщина будет в следующем городе, куда мы поедем.

— Ты больше не будешь использовать свои фокусы против меня.

— Я сделаю все, что, черт возьми, захочу.

— Я так и думал, что ты это скажешь. Вот почему мне нужно кое-что твое.

— Что тебе вообще может быть нужно? Ты забрал у меня все! Мою жизнь! Мою свободу! Я никогда ничего не отдам тебе добровольно, — прорычала я.

Его взгляд стал жестче.

— Это не то, что ты говорила прошлой ночью.

Он довел меня до этого, но именно для этого у меня была отговорка.

— Любой мужчина заставил бы меня чувствовать то же самое после того, как Максим не закончил то, что начал..

Порыв воздуха сбил меня с размытого движения, и я была прижата к дереву. Я посмотрела в горящие глаза и подумала: может быть, я зашла слишком далеко.

— Упомяни Максима или даже подумай о нем еще раз, и я отведу тебя обратно в их лагерь и убью его у тебя на глазах, — прорычал он.

— Я буду болеть за него, — парировала я.

Он рассмеялся.

— Ты плохая лгунья, принцесса.

Мою кожу покалывало от раздражения. Он был прав в том, что я буду болеть за него, и это раздражало меня еще больше.

— Ты бы не победил. Он мог убить тебя одним прикосновением, — сказала я надменно.

Мне нравилась мысль о том, что кто-то может превзойти Уэстона.

— Нет, он не мог. Мы кровные братья.

Мои глаза расширились.

— Вы братья?

— Не настоящие братья. Друзья детства, у которых была общая кровь. Я невосприимчива к его прикосновениям.

И вот кто-то взял над ним верх.

— Ты бы убил своего друга?

Он действительно был бессердечен.

— Я понятия не имею, почему ты когда-либо думала иначе.

— Я пыталась дать тебе презумпцию невиновности, а теперь отойди от меня, — огрызнулась я и толкнула его в грудь.

Его руки легли у меня над головой, и я почувствовала клаустрофобию и жар. Его тело выделяло неестественное количество тепла.

— Нет.

Я выдохнула.