Для Клаудии это идеальный вариант, поскольку она начинает больше раскрываться, ее больше не сдерживают догматичные старые карги. Внезапно она может полностью раскрыть свой потенциал и учиться в свое удовольствие.

Что касается меня… было бы здорово, если бы я смогла сосредоточиться. Но поскольку мои мысли все время заняты кем-то одним, мне трудновато погрузиться в исследование чего-то нового.

Клаудия продолжает рассказывать мне о своей учебе, очень оживленно описывая все, что новая гувернантка дала ей почитать. Я киваю и стараюсь слушать внимательно, пока она ни с того ни с сего не прыгает ко мне на руки и целует в щеку.

— С днем рождения, тетя Сиси, — шепчет она, и на ее щеках появляется румянец.

— Спасибо, — отвечаю я, немного шокированная тем, что она вспомнила. Я обнимаю ее в ответ, мои руки обвивают ее.

— Я не должна ничего говорить, — начинает она, ее голос становится низким, — но мама сказала, что у нее есть кое-что приготовленное для тебя.

— Для меня? — мои глаза расширяются от удивления.

Она кивает, на ее лице появляется милая улыбка.

Теперь, когда она посеяла семя в моей голове, я не могу не ждать с нетерпением, что бы Лина ни приготовила для меня.

Перспектива того, что кто-то вспомнит обо мне и попытается сделать для меня что-то особенное, меня несказанно радует.

Лишь ближе к вечеру Лина приходит за мной, говорит, чтобы я одевалась и что мы куда-то идем. Уже догадываясь, что это может быть сюрпризом, я в полном восторге выбираю платье.

Спустившись в фойе, я вижу, что все уже одеты, включая Марчелло и Венецию.

— Куда мы идем? — спрашиваю я, когда Лина берет меня за руку, на ее лице загадочная улыбка.

— Увидишь, — шепчет она мне на ухо.

Мы разделяемся на две машины, и, выглянув в окно, я понимаю, что мы едем в город.

Поездка занимает около тридцати минут, машина останавливается перед шикарным рестораном.

Выйдя из машины, мы все собираемся у входа, прежде чем сотрудник проводит нас внутрь.

— Сюрприз! — говорит Лина, когда мы оказываемся в задней части ресторана, где на большой вывеске написано — «С днем рождения», — повсюду воздушные шары и подарки.

Я все еще жадно блуждаю глазами по комнате, не в силах поверить, что это для меня.

— Для меня? — хриплю я в недоумении, нуждаясь в словесном подтверждении того, что это действительно для меня.

К потолку подвешены и развешаны по стенам воздушные шары всех цветов. В углу, рядом с главным столом, аккуратно упакованные подарки лежат один на другом.

— С днем рождения! — восклицают все, подбегая по отдельности, чтобы поздравить меня.

— Я не знаю, что сказать… — я чувствую себя немного не в своей тарелке, оглядываясь вокруг, рассматривая все, что они приготовили специально для меня.

Боже, но у меня наворачиваются слезы.

Я вытираю глаза, чувствуя себя невероятно подавленной.

— Сиси, — Лина берет меня за руки, — не плачь, — она гладит меня по спине.

— Мы хотели, — кашляет Марчелло, — сделать что-то особенное на твой день рождения. Лина сказала мне, что в Сакре-Кёр ты не смогла многого добиться. Надеюсь, тебе это понравится, — говорит он, выглядя немного не в своей тарелке.

— Мне нравится, — тут же заверяю я его. — Большое спасибо!

— Ты хочешь открыть подарки сейчас или после ужина? — спрашивает Лина.

— Тебе не нужно было ничего мне дарить… это и так много, — фыркаю я, и еще больше слез падает по моим щекам.

— Спасибо, — повторяю я.

— Сиси…

— Открывай подарки! — говорит Клаудия, и Венеция кивает.

Немного неуверенная, я иду сзади, открывая один подарок за другим. Они подумали обо всем, от книг до одежды, даже про косметику. И когда я смотрю на личные записки, прикрепленные к каждому подарку, то не могу не почувствовать тепло в сердце.

Вот что значит иметь семью.

— Спасибо. Вы даже не представляете, как много это значит для меня, — добавляю я после того, как мне удается взять слезы под контроль.

— Я рад, что тебе нравится, Сиси, — отвечает Марчелло, выглядя немного неловко.

Мы садимся за стол, и два официанта подходят, чтобы обслужить нас. Я располагаюсь между Клаудией и Венецией, а Лина и Марчелло сидят рядом друг с другом.

От меня не ускользают ни их взгляды, ни скрытые прикосновения под столом. Возможно, я не так часто бываю в доме, но очевидно, что Лина и мой брат прекрасно ладят.

Более чем прекрасно.

Марчелло смотрит на Лину так, словно мир начинается и заканчивается ею, с нежностью, так не похожей на ту, которую я успела узнать. И Лина, похоже, тоже не застрахована от этого, если судить по ее румянцу.

— Твоя мама выглядит счастливой, — шепчу я Клаудии, и она широко улыбается.

— Она счастлива, не так ли? Мне тоже нравится Марчелло. Он хорошо ко мне относится.