Мое сердце на секунду перестает биться, когда я поднимаю взгляд и обнаруживаю, что он выжидающе смотрит на меня.

Черт.

— Простите, сэр?

Мускул на его виске напрягается.

— Ты знаешь ответ на вопрос?

— Нет, извините, сэр.

Он разочарованно хмыкает и смотрит на Нат.

— Гурин?

Нат, как всегда, выдает ответ, и остаток урока проходит быстро, пока он задает эссе, на котором мне тяжело сосредоточиться. Раздается звонок, и Гаврил хлопает в ладони.

— К утру эссе должны быть у меня на столе, если вы их еще не закончили

Класс ворчит в ответ.

Я смотрю в свой блокнот и стону, потому что едва ли написала десять предложений.

Нат оглядывается и выгибает бровь.

— Серьезно?

— Что? - Спрашиваю я, хотя и знаю, что она не может поверить в то, как мало я успела за полчаса.

Она собирает три полные страницы текста и качает головой.

— Тебе нужно уделять больше времени занятиям.

Вместо ответа я собираю свои книги в рюкзак, пока Нат выходит вперед, чтобы отдать работу. Несколько других студентов тоже, но большинство еще не закончили.

Гаврил смотрит на меня, пока я остаюсь сидеть, ожидая позади, как он велел. На его губах появляется ухмылка, что только злит меня. Я угрюмо смотрю на него в ответ и отвожу взгляд.

Остальные студенты выходят из класса, и я наблюдаю за ними, обращая свое внимание на всё что угодно, только не на Гаврила. Ева выскальзывает из класса и закрывает за собой дверь, и напряжение нарастает, клубясь вокруг меня, как густое облако дыма.

Я смотрю куда угодно, только не на него, даже когда чувствую на себе его внимание, прожигающее во мне дыру.

— Что Вы можете сказать в свое оправдание, мисс Морроне?

Я сжимаю челюсть.

— Ничего, сэр. - Я запускаю пальцы в волосы. — Я не совсем понимаю, за что меня наказывают, если Наталья опоздала так же, как и я, и тоже разговаривала.

Он внезапно встает и медленно идёт к моему столу с хищным выражением на лице.

— Потому что после двух недель разлуки я готов поглотить тебя целиком, malishka.

Я выпрямляюсь.

— Возможно, я не хочу, чтобы меня поглощали.

Он качает головой и продолжает приближаться к моему столу.

— Я ни на секунду не верю в это.

— А стоило бы. - Я поднимаю подбородок и смотрю ему в глаза. — У меня нет времени на человека, который не удосуживается связаться со мной в течение двух недель.

Его ноздри раздуваются, и он останавливается.

— Я ясно дал понять перед каникулами, что не буду выходить на связь. - Он подходит ближе, а затем кладет руки на мой стол и окидывает меня взглядом. — Я очень доходчиво объяснил, чем это будет, прежде чем мы трахнулись. Ты помнишь?

Его слова жалят, хотя он прав. Это моя вина, что я привязалась и ожидаю большего, чем он когда-либо предлагал. Я опускаю взгляд на стол.

— Да, но это не значит, что ты не можешь написать мне или что-то в этом роде.

Тихий рык заставляет меня вздрогнуть, и я оглядываюсь на него.

— Вот почему я не трахаюсь с девственницами. Ты смотришь на меня так, будто подсела на меня, и это то, чего я боялся. - Его глаза ищут мои. — Тем не менее, я не смог остаться в стороне во время весенних каникул, даже если ты так думаешь.

Я хмурю брови, стараясь не позволить его словам ранить меня слишком глубоко.

— Что ты имеешь в виду?

— Я нарушил собственные правила и отправился в Чикаго во время каникул.

Гнев наполняет мои вены, когда я слышу, что он был в Чикаго, но не приехал ко мне.

— И ты не потрудился навестить меня?

— Как бы это выглядело, Камилла? - Он приподнимает бровь. — Твой профессор появляется в доме твоей семьи. - Он качает головой. — Вместо этого я наблюдал за тобой издалека.

— Ты преследовал меня? - Спрашиваю, мурашки покрывают каждый сантиметр моей кожи.

— Называй это как хочешь. - Он поворачивается и буравит меня взглядом. — Мне нужно было увидеть, чем ты занимаешься, и убедиться, что ты не с другим мужчиной.

Я мгновение тупо смотрю на него, гадая, правильно ли я его расслышала.

— Ты серьезно?

— Смертельно.

Я встаю.

— Ты еще более безумен, чем я думала.

Я обхожу свой стол, чтобы уйти, но он хватает меня за запястье и с силой дергает, останавливая.

— Куда это, блядь, Вы собрались, мисс Морроне?

— Я ухожу.

Я вздергиваю подбородок и смотрю ему в глаза, стараясь не съежиться перед этим зверем. Зверем, который явно не в себе, раз преследует меня вместо того, чтобы связаться со мной.