Каллуму не нужно было кричать, чтобы я обратил внимание и понял, что он серьезен.

— Ты любишь колледж, ты любишь вечеринки, свою команду по плаванию. Если ты пойдешь с нами, ты потеряешь это в одно мгновение.

Я усмехнулся.

— Ты думаешь, что все это дерьмо имеет значение, если я собираюсь остаться в этом месте один? Единственная причина, по которой я вообще способен наслаждаться всем этим дерьмом, это то, что вы двое со мной.

Мы были четырьмя глупыми детьми в приемной семье, мечтающими вырваться из системы и построить свою собственную жизнь. Мы хотели превзойти шансы.

К сожалению, жизнь всегда обманывала. Ты не мог получить торт для себя и съесть его один. Теперь мы трое были так близки к тому, чтобы сделать это, что я ни за что не позволил бы кому-либо из нас утонуть.

Это были все мы или никто из нас.

— Мы все идём. Они намажут свои трусики кремом, как только мы войдем.

— Готово. — Матео вернулся, убирая телефон в карман.

— Время выебать это дерьмо. — Я ухмыльнулся.

Хотя Сэинт и выкинул свой трюк с публичным предъявлением прав на меня, я не видела его до конца дня. До меня дошли слухи, что Короли Кладбища были вовлечены в какую-то драку в южной части города, и это происходило сегодня вечером, поэтому я предположила, что внимание Сэинта было занято другим. После того, как я разобралась с любопытством Хэлли и Мии, пытаясь убедить их, что Сэинт шутит и не всерьез претендует на меня, я вернулась в свою комнату. Я не думала, что мне полностью удалось убедить своих друзей в том, что между мной и Сэинтом ничего не происходит, тем более, что он пригласил и меня, и их на бал Black & Gold, но, по крайней мере, они, казалось, верили, что что бы это ни было, это было случайно. Такие люди, как Сэинт, все равно не заводили отношений. Все это знали.

Лежа на кровати, я прокручивала в голове все события, которые произошли между мной и Королями Кладбища с начала семестра, пытаясь соединить точки. Потом, мой дядя. Вписывался ли он во все это, и если да, то как?

Поднявшись с кровати, я подошла к книжной полке и достала фотографию, которую Короли Кладбища оставили в моей комнате. Я снова изучила ее, запомнила все детали, затем сделала снимок, чтобы у меня была копия на телефоне. Аккуратно положив фотографию обратно между страницами книги, в которой я ее хранила, я схватила ключи и накинула толстовку. Не было смысла пассивно ждать, ожидая, что ответы сами упадут мне на колени.

Познай своего врага.

Пришло время узнать все, что можно о Королях Кладбища.

Первое, что я сделала, это нанесла визит в офис моего дяди. К счастью для меня, он ушел домой, и у меня был ключ. Однажды он дал мне запасной вариант через одного из офисных помощников, когда попросила меня принести ему кое-какие бумаги после того, как он уже ушел на выходной, а я должна была пойти к нему домой на ужин. Я думаю, он забыл, что у меня ключ так и остался, потому что он никогда не просил его вернуть.

Чувство вины боролось с потребностью в знаниях — он доверял мне, а я собиралась разрушить его доверие самым серьезным образом. Как только я это сделаю, пути назад уже не будет.

Я вставила ключ в замок и вошла.

Не теряя времени, я направилась к его компьютеру. Он был защищен паролем, что было проблемой, но, к счастью для меня, политика безопасности колледжа означала, что сотрудники должны были менять свои пароли каждый месяц. И я точно знала, что мой дядя хранил записку со своим текущим паролем на почтовом листе, который он приклеивал к обложке одной из книг на своей полке — тяжелой книги в твердом переплете об истории США.

После получения пароля мне удалось найти личные дела студентов. Сэинт, Матео и Каллум. Я пролистала их записи, просматривая информацию передо мной.

Трое из них были здесь на стипендии — Сэинт был на спортивной, а двое других на рамках местной стипендиальной программы, которую, как я знала, колледж проводил каждый год. До трех местных жителей из Блэкстоуна имели право на получение полной стипендии в университете, а Каллум и Матео оба были получателями за соответствующие годы обучения. Из небольшого количества доступной информации я могла видеть, что ни у кого из них не было родителей, перечисленных в списке контактов в чрезвычайных ситуациях, хотя в записи Сэинта была заметка с именем женщины и адресом трейлерного парка. Мой разум вернулся к тому месту, куда я его возила, и к повышенным голосам.