На самом деле у меня не было оправдания. В любом случае я собиралась провести вечер дома одна. Снова. В эти дни мы с тетей редко проводили вместе вечер дома, где я не была занята домашним заданием или шитьем костюмов, а она не работала в другую ночную смену в родильном отделении больницы, где была старшей акушеркой.

— Хорошо, — сказала я наконец. Повернувшись обратно к экрану компьютера, я пробормотала:

— Надеюсь, я не пожалею об этом.

— Ты не пожалеешь об этом, — пообещала мне Лена. — Ты тоже можешь быть переодетой, так что тебе даже не нужно беспокоиться о том, что люди узнают тебя, если этого не хочешь.

Мои пальцы замерли на полпути, и я повернулась на своем сиденье, уделяя ей все свое внимание.

— Маскировка?

— Костюмы, — уточнила она. — Сегодня Хэллоуин. Ты ведь знаешь, что большинство людей будут в костюмах, верно?

Верно.

— О, да.

— Не нужно звучать так восторженно, — она закатила глаза, ухмыляясь мне. — Я думаю, тебе следует что-нибудь приготовить. Используй свой талант в дизайне костюмов.

— Хм. Думаю, я могла бы. Так ты хочешь, чтобы я придумала что-то, что меня замаскирует? Почему бы мне просто не надеть костюм на все тело? — Я ухмыльнулась ей. — О, я могла бы пойти в качестве хот-дога.

— Ты действительно пошутила? — Гордая улыбка расплылась на ее лице, когда пожала плечами, а затем кивнула. — Ура! Это настоящий прорыв. Тебе становится достаточно комфортно шутить со мной. — Улыбка исчезла, когда она прищурилась, глядя на меня. — Но ты пойдешь не как хот-дог. Подумай о сексуальной маскировке.

Я рассмеялась. Сексуальная была, пожалуй, последним словом, которое кто-либо использовал бы в отношении меня.

— Отлично. Я посмотрю, что смогу придумать. Какой у тебя костюм?

— Харли Квинн, или, по крайней мере, ее приближение. Это означает, что в основном могу носить свою собственную одежду. — Она пожала плечами. — Ты меня знаешь. Я не из тех, кто подчиняется.

В сотый раз я пожалела, что у меня нет ее отношения. Насколько свободным было бы быть самим собой?

— Это правда, — согласилась я. — Хорошо, значит, мне нужен костюм. У меня не так много времени, но я посмотрю, что смогу собрать. Что-нибудь еще, что мне нужно знать?

— Нет. Я ничего не могу придумать. Я встречу тебя у главных ворот парка заранее, и мы сможем поехать оттуда.

— Хорошо. — Я вернула свое внимание к экрану, прокрутив назад начало своего эссе, чтобы прочитать все, что написала до сих пор. Когда группа людей вошла в комнату, Лена наклонилась ко мне, понизив голос.

— Тебе нужно повеселиться. Я серьезно. Это твой последний год в школе, и ты не хочешь сожалеть об этом.

Я вздохнула.

— Я знаю, и постараюсь.

— Хорошо. — Ее голос звучал удовлетворенно. — Я рада, что ты идешь.

«Я тоже» — думаю я. Как меня уговорили на это? Однако Лена была права. Это был мой последний год. И если не могла этого сделать, как собиралась справляться, когда буду учиться в университете на другом конце страны?

Поглощенная своей работой, я не заметила, как большое тело скользнуло на сиденье рядом со мной, пока аромат пряного кедра не ударил мне в ноздри. Лена оставалась безучастной с другой стороны от меня, в наушниках, постукивая по калькулятору рядом со своей клавиатурой, пока она жевала кончик ручки.

— Ты уже закончила со своим эссе? Это даже не должно было произойти до понедельника.

Я подпрыгнула, повернув голову лицом к Картеру так быстро, что мой хвостик разлетелся и ударил меня сбоку по лицу. Он ухмыльнулся, и я почувствовала, как мои щеки запылали. Досчитав про себя до десяти, прежде чем ответить, я взяла свои мысли под контроль, смесь опасения и — осознания, которые почувствовала в его присутствии, неприятно скрутило у меня в животе.

— Некоторым из нас нравится быть впереди, — чопорно сказала я, снова поворачиваясь к своему экрану.

Краем глаза видела, как скривились его губы, и он открыл рот, чтобы что-то сказать, но внезапно в пространство между нашими сиденьями скользнуло другое тело, разрывая связь между мной и Картером и позволяя мне дышать. Я подняла глаза и увидела Дилана Росситера, улыбающегося мне сверху вниз, и я ответила на его улыбку своей собственной улыбкой облегчения.